Книга "Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных, страница 28 – Тала Тоцка

Влада хватала ртом воздух, Артем сглотнул.

— Он прошел испытание, — прошептала Марьяша, и он понял, что девочка сейчас расплачется.

— Испытание? — присел перед ней на корточки Асадов. Он в полном потрясении осознавал, что готов на все, что угодно. Душу готов продать, только чтобы в голубых глазах высохли слезинки. — Какое испытание?

Девочка обернулась на сестер, те молча покачали головами. Марьяша вздохнула.

— Я не могу рассказать. Это тайна, — она прижала ручки к груди. — Но поверьте, мы не обманываем. Нам очень-очень нужен папа.

— Ну это уж слишком, — возмущенно протянула Влада. — Что за избалованные дети?

— Нормальные дети, — поморщился Артем, — помолчи.

Он снова повернулся к девочкам. В груди разливалось незнакомое горячее чувство.

Никто и никогда в его жизни, не считая родителей, не был готов отдать за него самое дорогое. Плохие девочки привезли на обмен все свои сокровища, и Артем не собирался оставлять это без внимания.

— Давайте договоримся так, — он взмахнул рукой, — вы это все забираете обратно. Дети не должны оставаться без игрушек. А я обещаю, что мы этот вопрос обсудим с вашей мамой. Идет?

Три облачка волос радостно запрыгали. Это так усердно закивали Плохие девочки.

— Что ты такое говоришь, дорогой? — продолжила возмущаться Влада, но Асадов дал знак ей замолчать.

— Я обещаю, — повторил он с нажимом и был вознагражден тремя благодарными взглядами.

— Милаша, Марьяша, Маргоша! — послышался в коридоре пронзительный голос. — Девочки! Куда вы подевались?

— Это наша бабушка, — наклонившись к самому уху Асадова, прошептала Миланка.

— А где она была? — так же шепотом спросил он.

— Спала.

Пришлось замаскировать смех под приступ кашля. Ни к чему обижать пожилую леди, у которой целых три внучки сбежали из-под самого носа.

Артем поднялся с колен и отряхнул джинсы.

— Давайте складывать игрушки обратно, — сказал он и сунул интерактивного динозаврика в мешок.

Артем помог не только сложить игрушки, а еще и спустить мешки лифтом в холл. Там у него мешки отобрали и настойчиво попытались спровадить обратно в номер. Но он никуда не ушел, пока не усадил девочек и их бабушку в такси вместе с мешками.

Пожилая женщина не переставала обмахиваться ладонью, и Артем всерьез начал переживать, чтобы ей не стало плохо. Вспомнил, что как раз на самом верху в мешке лежит игрушечный веер из перьев. Он лично его туда положил.

Достал и вручил Елизавете Алексеевне прямо перед дверцей машины.

Та взглянула с благодарностью и принялась обмахиваться перьями.

— Простите меня, господин Асадов, это я виновата. Я недоглядела. Сама не понимаю, как эти хитрюги мимо меня проскочили.

Артем не стал выдавать Миланку, а с понимающим видом кивнул.

— Все в порядке, мадам Плохая, не беспокойтесь.

— Но ваша жена, что она подумает?

— Об этом тоже не беспокойтесь. Владе очень понравились девочки. Она слова против не скажет.

«Пусть только попробует…»

Елизавета Алексеевна еще раз махнула веером и неожиданно сообщила:

— Только я не Плохая. Это они Плохие, — кивнула она на насупленных, притихших малышек, — и внучка моя тоже. Я вообще-то прабабушка для этих бусинок. Паша Плохой был моим зятем. Они видать в него пошли, в деда. Это же надо додуматься стащить у Ханны списанную тележку!

— Бабушка Плохих девочек? — улыбнулся Асадов.