Книга Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон, страница 12 – Тала Тоцка

Только было еще кое-что. Пять лет назад Артур хладнокровно отправил меня на аборт. Пусть не сам, но он молча наблюдал, как это делает его мать. И наверняка выделил ей деньги. Так почему тогда он принял такое живое участие в чужих ему, как он думает, детях?

Это не давало мне покоя.

Что изменилось? Это не обычная вежливость, и даже не интерес к способностям мальчиков, которые так неосторожно проявились в них от отца. Дианка. Он так странно отреагировал, когда я, ломая язык, попросила его поблагодарить ребенка. Было чувство, что ему стало стыдно. И что ему не все равно.

Разрыв шаблонов, как сказала бы Стефка.

Артур не узнал меня, это точно. Мы позаботились о том, чтобы Тагаевы не нашли Настю Полетаеву. Я сменила фамилию на мамину девичью, и теперь мы со Стефкой на одной фамилии. Мои дети — Савицкие, и я тоже. Отчество я им дала свое, мой папа не отказался бы от внуков. Поэтому они — Андреевичи.

Но перед глазами стоит виноватое, растерянное лицо Артура, когда я прошу за Дианку, и мысли снова пускаются по кругу по одной и той же заезженной колее.

Стефа видит, что со мной творится что-то не то, и как только дети укладываются спать, цепляется мертвой хваткой.

— Настька, говори. Ты что, привидение сегодня увидела? Как с креста тебя сняли.

— Почти, — устало отмахиваюсь, и все же я очень рада, что есть с кем поделиться, иначе мой мозг уже давно бы взорвался. — Стеф, это Тагаев. Новый владелец клуба — Артур.

— Ммм… — мычит моя бедная тетка, не в силах выговорить ни слова. Я в ответ утвердительно киваю.

— Да. Он самый.

— Туши свет! — восклицает она, спустя некоторое время. — Погоди, так это что, Давидка папашу своего мячиком по лбу приложил?

Я снова киваю, и она радостно хихикает. Потом спохватывается.

— Прости, деточка, это истерика, — говорит потерянно, а потом снова начинает хихикать.

Молча встаю, наливаю в стакан воду и капаю туда сердечные капли. Секунду раздумываю и достаю второй стакан. Мое сердце сегодня тоже нуждается в поддержке. Так и сидим со стаканами в руках.

— Он сказал, что уедет. Он в Европе вроде как живет, — говорю спустя некоторое время. — Нас туда звал. Сказал, сам бы мальчиков тренировал.

— Паразит, — еле слышно отзывается Стефа.

— У него оказывается тоже левая нога толчковая, представляешь? Как у Дани с Давидом.

— Гены пальцем не задавишь, — изрекает Стефания, и мы снова молчим.

А что тут скажешь? Да и не хочется. Но я все равно рада, что есть с кем вот так помолчать. И выпить сердечных капель.

— Артур Асланович, гонконгский офис на связи, они ждут подтверждения, — секретарь нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Подождала и окликнула: — Артур Асланович! У них рабочий день заканчивается…

Тагаев как очнулся.

— Простите, Катрин, я сегодня торможу. Завтра все подтвердим. А пока пускай идут по домам.

Секретарь все еще стояла на пороге.

— Катрин, что-то еще?

— Артур Асланович, вам бы отдохнуть. Может, подобрать что-то на недельку?

— Спасибо за заботу, но пока не до отдыха. А кофе можно.

Катрин вышла, аккуратно прикрыв дверь, и Артур откинулся на спинку широкого кресла. Удобного, как любят говорить, эргономичного.

Что-то он в последнее время часто начал подтормаживать. Может, и правда на отдых? Уже неделю, как он вернулся в Вену, а на душе будто кошки скребут. Будто он что-то упустил.