Книга Неверный, страница 114 – Тала Тоцка

— Лучше того, кто сделает эту работу лучше, — отвечаю расплывчато, потому что сам далеко не уверен в положительном ответе. Скорее наоборот.

Набираю номер, который у меня давно есть и который я стараюсь не использовать без серьезных на то оснований. На мой взгляд, сейчас основания серьезные более чем.

Слышу длинные гудки и подношу телефон к уху. Я не уверен, что он возьмет трубку. Вообще не знаю, захочет ли он со мной разговаривать. Я бы на его месте не стал. На одном гектаре поссать бы с Айдаровыми не согласился. Особенно со мной.

Но пролетаю сразу по нескольким пунктам когда из динамика доносится пронзительное «Слушаю». Прокашливаюсь и говорю в микрофон гаджета:

— Здравствуй, Демид. Я по делу. Мне нужна твоя помощь. Постой, не отключайся, это не связано с Соней. Мой сын серьезно болен, у него лейкоз, а он ведь и твой племянник тоже, — говорю быстро, стараясь не смотреть на Руса, чтобы он не успел меня остановить. — Я отдам тебе папку, ты понимаешь, о чем я. Только помоги.

И выдыхаю, услышав отрывистое:

— Хорошо. Говори. Только не развози и не лей из пустого в порожнее. Коротко и по делу.

Мы точно братья. Я тоже люблю, когда коротко и по делу.

И хоть я по прежнему считаю Демида Ольшанского говнюком, в глубине души чувствую признательность. И облегчение. Если он сказал, что поможет, значит поможет. И его слово стоит не меньше, чем слово любого из Айдаровых. Разве что самую малость.

Рустам

— Ты далеко, Рус? — голос брата вырывается из динамика вперемешку с городским шумом. — Мы с Ди на месте.

— Подъезжаю, — сбрасываю скорость и выворачиваю на парковку клиники.

Семья брата ждет у входа. Руслан сосредоточенный и собранный, Диана держит на руках Дамира. Даже издали видно, как она испугана и напряжена. Ди прижимает к себе сына с видом хищницы, готовой оберегать своего ребенка даже от его отца.

Молча обнимаюсь с братом, обнимаю невестку с племянником. Это моя семья, не знаю, что бы я без них делал.

— Дай мне его, милая, — поворачивается Рус к жене, но она упрямо мотает головой.

Брат кладет руку ей на талию и гладит сына по голове. Он очень хороший отец, они с Ди верная любящая пара, поэтому их сын здоров. Наверное это справедливо, только сердце все равно сжимается при мысли о моем собственном ребенке.

Он платит за всех нас. А должен платить только я.

— Ди хочет, чтобы нас с Дамиром тоже всех проверили на совместимость. Если ты конечно не против, — обращается ко мне Руслан. Я быстро киваю.

— Конечно не против, брат, зачем спрашиваешь? Но я уже сто раз сказал, эта болезнь незаразная, она не передается.

— Я знаю, Рустам, — подает голос Ди, — но я теперь так боюсь, так боюсь… Я как только подумаю про Амирчика, так сразу…

— Диана, прекрати, — хмурит лоб Руслан, — ты испугаешь ребенка.

Ди послушно кивает, быстро вытирает щеки.

— Прости меня, Рустам, я сейчас успокоюсь. Просто это так неожиданно и так близко. Всегда думаешь, что твою семью это страшное горе обойдет, а когда оно совсем рядом, я… Я не могу. Бедный наш малыш…

Ди жалко кривится, ее голос дрожит, и мне хочется обнять невестку. Вот так настоящая мать переживает о своем ребенке, который даже не болен. И о чужом, которого настигла беда.

Внезапно приходит на ум, что если бы Соня знала, она бы тоже пожалела моего сына. Я в этом уверен. И никто из них не сбежал бы и не бросил своего ребенка один на один с болезнью.