Книга Девочка из прошлого, страница 22 – Тала Тоцка

Демид

Она знала? Это блядь как понимать?

Подхожу к Арине, разворачиваю с креслом к себе. Для этого приходится приподнять кресло вместе с ней, но я совсем не чувствую ее веса.

Легкая, как и была.

Упираюсь руками в подлокотники в сантиметре от острых локтей.

Арина ощутимо напрягается, но позы не меняет. Все так же спокойно сидит в кресле, откинувшись на спинку.

Сравнение с кошкой не идет из головы, и это мешает контролировать ситуацию.

Да блядь я вообще ничего не контролирую. Какой к ебеням контроль, когда меня так штормит?

Это плохо. Феликс наверняка на это и рассчитывал, когда ввел Арину в переговорный процесс. Что я как последний пиздюк пущу слюни и растекусь жалкой лужей.

Соберись, Демид, соберись блядь.

Эти двое тебя уже один раз поимели, не бейся лбом о те же грабли.

Но я всматриваюсь в темную радужку внимательных глаз и чувствую себя безвольным куском дерьма. Нависаю над тонкой фигуркой, вжатой в кресло, и с трудом сдерживаюсь от того, чтобы...

Что?

А хер его знает что. Ничего. Просто смотрю.

— Не приближайся, Демид, — слышу предупредительное. — И не трогай меня. Пожалуйста...

Я и не трогаю. Сам не знаю, почему я до сих пор не в своем кабинете. А стою как долбоеб над женщиной, которая мне не принадлежит, и которая смотрит на меня равнодушным, чуть скучающим взглядом.

Может именно это меня и бесит?

— Что значит, ты знала? — спрашиваю, стараясь дышать ровно и размеренно. Зачем давать Арине лишний повод считать, что она смогла вывести меня из равновесия?

Даже если ей это удалось.

— Я знала, почему папа отобрал у Феликса остров, — четко отвечает Арина, глядя мне в глаза.

Когда я слышу, как она произносит имя этого говнюка, сразу хочется пойти и набить ему ебальник. Но промолчать об этом ума, слава богу, хватает. Или выдержки. Похуй.

— Откуда? — бросаю коротко.

— Догадалась.

Резко отталкиваюсь от кресла и упираюсь бедром в стол. Руки сую в карманы брюк, так надежнее.

Догадалась она. И как же, интересно?

Арина незаметно выдыхает, и это тоже пиздец как режет. Ей настолько неприятно само мое присутствие?

— У папы в кабинете висела картина, — неожиданно тихо говорит Арина. — Я сразу не обратила внимания, она появилась уже после моего отъезда. После похорон было не до картин. А когда я вернулась, чтобы продать дом, увидела ее на стене напротив папиного стола.

— Нет там никакой картины.

— Откуда ты знаешь?

Потому что я блядь его купил, этот дом. Через подставных людей купил, чтобы не светиться.

Зачем, сам не знаю. Приезжаю туда иногда побухать. Ночевать не оставался ни разу, слишком много в нем живет призраков, а я с привидениями не на самой короткой ноге.

Но Арине об этом знать не обязательно.

— Не знаю, — мотаю головой, — откуда мне знать? Я хотел сказать, не помню.

Она серьезно кивает, будто читает мысли. И продолжает все тем же негромким голосом:

— Я увезла ее с собой. На ней был нарисован остров и солнце. Остров по форме напоминал биткоин. Вот я и догадалась. Солнце, крипта, солнечные панели. Посмотрела график солнечных дней.

Невразумительно хмыкаю.

А я не догадался. Уделала ты меня, детка. Видели бы сейчас меня мои недоброжелатели.

Подумать только, Демида Ольшанского обскакала малолетка. Дочка Покровского. Можно уржаться от смеха.

Но вместо досады меня переполняют странные ощущения.