Книга Игры мажоров. "Сотый" лицей, страница 102 – Тала Тоцка

Как раз наливала его в чашку, когда в дверь позвонили. Не в домофон, а в дверной звонок. Даша вышла в тамбур и заглянула в глазок.

На площадке стояли двое мужчин. Одного она узнала сразу, кто второй — догадалась. Сердце рванулось вверх, рухнуло вниз и замерло, не смея пошевелиться.

Дарья тоже не могла пошевелиться, привалилась к двери спиной и хватала ртом воздух.

— Даша, открой, — раздался из-за двери голос Шведова. Он звучал глухо, но ей все равно захотелось заткнуть уши, — мы видим, что ты здесь.

— Нет, — с трудом просипела, горло сдавила невидимая рука, — уходите. Убирайтесь вон. Оба.

— Даша, мы никуда не уйдем, — он подошел очень близко к двери, теперь она могла слышать его прерывистое дыхание. Точно как тогда... — Нам все равно придется поговорить. И чем раньше, тем лучше. Не для нас. Для Маши.

— Не смей, — она продолжала сипеть, — не смей произносить ее имя. Это не твоя дочь.

— Перестань, — теперь он тоже навалился на дверь с той стороны, — ты же знаешь, что это не так. Она или моя, или Ильи. Я уверен, что моя, но я хочу знать точно. Пожалуйста, открой.

Что она сказал. Или его, или... А... А как же Андрей?

Дарья сглотнула и схватилась за дверную ручку.

— Сергей. Почему только ты и Илья?

— Открой, Даша. Открой и узнаешь. Ради Маши. И ради себя.

Где же ее набраться этой смелости, если ее не было никогда? Дарья сделала глубокий вдох и рывком распахнула дверь.

— Хорошо. Входите.

Она держалась, когда увидела обоих мужчин на площадке в полный рост, а не в глазок. Держалась, пока те проходили через тамбур. Но когда оказалась с ними один на один в тесной прихожей, выдержка ей изменила.

Воспоминания нахлынули как цунами, восставший из мрака памяти кошмар ожил и схватил за горло костлявыми пальцами страха.

Они подошли совсем близко, словно брали в клещи. Перед ней снова возникла темная душная комната, в которую входили двое парней, точно так же надвигаясь и загоняя ее в угол.

Дарья зажмурилась и привалилась к стене. Пальцы судорожно сжали воротник блузки, запах мужского парфюма ударил по рецепторам.

Кровь застучала в ушах, сердце готово было выскочить из груди. Тело било крупная дрожь, от виска вниз поползла капелька пота.

Дарья ругала себя, ругала и уговаривала. Все не так, все давно изменилось. Здесь все взрослые люди, этот кошмар больше не повторится.

Она взрослая женщина, она преподаватель престижного лицея. У нее взрослая дочь.

Но с ужасом понимала, что никакие уговоры не действуют, и что испуганная девочка в ней никуда не делась. Она все так же прячется внутри и съеживается от страха, стоит мужчинам хоть немного приблизиться.

Приподняла ресницы и увидела, как Шведов остановился и выбросил вперед руку, задерживая своего спутника. И все равно ничего не могла с собой поделать.

— Все, Даша, все. Мы стоим на месте, мы никуда не идем, — заговорил Шведов. — Посмотри на меня, Даша. Хочешь, отходи в комнату, мы будем разговаривать отсюда.

Негромкий хриплый голос подействовал на нее отрезвляюще, и она распахнула глаза. Сергей смотрел с таким напряжением, что ей впервые подумалось, чего ему стоило сюда прийти. Илья тот стоял с вежливым и немного скучающим видом.

Наваждение испарилось, исчезла темная комната, удушающий мужской запах и прерывистое рваное дыхание.