Книга Пойманная в капкан, страница 116 – Юлия Герман

— Ты жив! — кинулась она ко мне.

Поймал ее, заключив в объятия и крепко прижимая к себе.

— Жив, Мандаринка! И больше никогда не оставлю тебя одну.

Шесть лет спустя

Алиса

— Тихо, Алан, — осторожно закрыла входную дверь, чтобы не разбудить детей.

— Привет, Мандаринка! — сразу же притянул меня к себе муж, обрушиваясь на рот поцелуем. — Я так соскучился!

Немного отпрянул, осмотрев меня и снова приник к губам, блуждая руками по телу, поглаживая, стараясь обхватить все и сразу.

— И я, — выдыхаю ему в рот, чувствуя как наконец начинаю расслабляться. — Больше не отпущу тебя одного.

Подставила ему шею для влажных дорожек поцелуев, прикрывая веки и шумно втягивая запах любимого мужчины.

— Больше не поеду без тебя. Это мазохизм какой-то, — положил ладони на ягодицы и прижал к себе.

Почувствовала как сквозь спортивные штаны выпирает эрекция. Довольно улыбнулась.

— Надеюсь ты позвонила маме и завтра она заберет детей к себе? — уводил меня от входной двери в гостиную, не выпуская из рук. Мы путались в ногах и спотыкались, пока добрались до дивана.

— Пообещала забрать на ночь, — не в силах оторваться от мужа, снимала с него худи вместе с футболкой, прикасаясь губами к обнажившейся коже. — Главное не переусердствовать.

— Мы будем осторожно. Да, пацан? — задрал мою майку, целуя круглый живот. — Папа хочет побыть с мамой наедине, а для этого ты должен посидеть на месте еще парочку недель.

В ответ на его речь, натянутая кожа живота пришла в движение.

— Ай, — поморщилась, когда почувствовала, как маленький боец зарядил маме по ребрам.

— Эй, малыш! Маму обижать нельзя, — приложил ладонь к тому месту, откуда выпирал бугор, восторженно наблюдая за хаотичными движениями ребенка.

— Не отвлекайся, — стянула майку полностью, оставшись топлесс.

Последний триместр беременности я стала особенно голодной до мужа. Организм натурально издевался надо мной. Первые три месяца третьей беременности были похожи на ад. Меня тошнило буквально от всего: от еды, духов, цветов, бытовой химии и даже от запаха Алана. Казалось, тот период длился целую вечность. Ждала когда этот кошмар закончится. Из-за токсикоза я очень сильно похудела, заставляя нервничать всех докторов и близких. Но как только тошнота ушла, появилась угроза выкидыша. Матка находилась в постоянном тонусе и мне было явно не до супружеского долга. Да и Алан ходил такой же напряженный, как моя утроба. Переживал за нас с малышом. Взял вместе с бабушками на себя старших мальчишек. Даже взяв отпуск для ухода за ними.

И как только опасность для ребенка миновала, меня накрыло с такой силой, что самой стало страшно. Гормоны шалили, отрываясь по полной за прошлые шесть месяцев. Мне все время хотелось секса. И я безумно, до одури, до мушек в глазах ревновала мужа. Никогда за проведенные вместе годы не ощущала такой жгучей ревности. Казалось, что все женщины мира задались целью совратить моего подонка и он им всем отвечает взаимностью. Ведь я становилась толстой и страшной, и после третьих родов он явно перестанет так же хотеть меня, как и раньше. Ведь и грудь уже давно не такая упругая и кожа на животе местами с растяжками, да и на бедрах теперь тоже останутся белые полосы. И зачем ему такая уродина, когда его окружение кишит молодыми красотками с идеальной кожей и упругими телами. Казалось, что он не бросает меня только из-за сыновей.