Книга Жених под прикрытием, страница 42 – Эрин Хэй

— Едут! Едут! Едут! — скандировали собравшиеся гости, которые остались в деревне, чтобы помочь невестам подготовиться к застолью.

Марьяна поправила модное белое платье-футляр с открытыми плечами, длиной до колена и стильными кружевными вставками, прикрывающими глубокий вырез. Этим утром они с Владимиром принесли клятвы верности друг другу в ЗАГСе города Тосно и теперь возвращались в деревню на белом «Мерседесе». Следом за ними в старенькой «Волге» дяди Миши, отца Олеси, ехала сама Олеся и её новоиспечённый муж Тарас. А позади трясся ветхий, полуразвалившийся ПАЗик с гостями.

После ЗАГСа все поехали фотографироваться по памятным местам небольшого городка, но и их оказалось немало: историко-краеведческий музей, картинная галерея, усадьба Марьино, церковь Казанской Иконы Божьей Матери, памятник Воину-освободителю.

— Приехали! — провозгласил Данила, которого Марьяна попросила поработать водителем на свадьбе, и заглушил двигатель.

Он с готовностью согласился, видимо, потому, что не представлял, когда ему ещё представится удача посидеть за рулём «Мерседеса». Родители и брат Марьяны с огромной радостью восприняли весть о её скором замужестве, правда, узнав о том, что Владимир не горит желанием закрывать их новые кредиты, немного расстроились. Зато он помог Марьяне решить вопрос с обязательной отработкой по целевому договору.

Владимир подал жене руку и помог ей выбраться из салона. Тем временем из соседней машины выплыла Олеся в виде пышного белого облака, в окружении воздушных кружев и полупрозрачной фаты. Из рассказа Тараса Владимир знал, что тому пришлось ещё попотеть, чтобы получить разрешение на брак от её отца, для которого дочка после смерти жены осталась единственным родным человеком. И он уже точно не хотел выдавать её за первого встречного. Тарасу пришлось попотеть в прямом и переносном смысле этого слова, чтобы добиться права сочетаться браком с Олесей. Так, дядя Миша придумывал ему различные испытания. И если с тем, чтобы что-то починить по хозяйству, парень худо-бедно справился, правда, на отремонтированных им табуретках почему-то все отказывались сидеть, то сенокос стал для него настоящим экзаменом, на котором он чуть не крякнулся.

— Ладно уж, женитесь! — Махнул рукой дядя Миша, когда Тарас пришёл в себя после теплового удара. — Любит Леська тебя, малахольного и бестолкового! Только в Питер не пущу её, так и знай!

— Да и что делать в этом Питере? — задавался потом вопросом Тарас после того, как поел сытных вареников с салом и рубленым картофелем. — Жить в комнате в коммуналке? Здесь-то как хорошо! Воздух свежий, еда вкусная, жена добрая! А работать вон, на ферму пойду, там водитель требуется. Комната в коммуналке ещё пригодится. Когда сын или дочь учиться захотят, будут там жить.

Так Владимир узнал о скором прибавлении в семействе Сливченко, которое, вероятно, и стало определяющим фактором, почему дядя Миша дал согласие на этот брак, и о том, что по возвращении в Северную столицу придётся искать себе другого водителя.

Меж тем гости и молодожёны принялись рассаживаться по своим местам за столами. Ни Марьяна, ни Владимир не планировали пышного торжества, но будущие тёща с тестем оказались непрошибаемыми.

— А что люди скажут? — привела «решающий» аргумент Людмила Геннадьевна. — Вы уедете, а нам тут жить! Будут потом доброе имя Тихомировых склонять кому как угодно, мол, свадьбу пожадничали! Угощений пожалели!