Книга Иди сюда мой сладкий сахар!, страница 7 – Дарья Дятлова

— Вот тот огромный, с красными розами…, - показал продавцу на тот, что сразу в глаза бросился. — И мишку белого давайте!

Василина раньше мягкие игрушки любила, во всяком случае, я часто ей дарил, и она просто пищала от счастья.

— Вот этого? — показывает на самого большого, почти с меня ростом.

— Да, его давайте, который с красным бантом на шее, — не знаю правда куда она его посадит, огромный белый самый пушистый медведь.

Еле на заднее сидение его запихнул, на переднее букет положил.

И дальше поехал, ещё прилично пилить, полпути только проехал.

Часа через два, голодный и уставший наконец-то свернул с трассы к мастерской «У Васи».

Встал чуть поодаль, потому что возле СТО стояло четыре машины, мужики ждали своей очереди… и мне сейчас туда соваться не хотелось.

Мне наедине с нею поговорить нужно… очень нужно.

Вот одна машина заехала и минут через десять уехала…, вторая… третья, четвёртая внутрь заехала, и водила пешком ушёл… пора!

Завёл свой джип, осторожно подъехал к воротам, да так, чтобы она в этот раз перед моим носом их не закрыла.

Взял букет и пошёл в бокс… медведя потом достану, вдруг тут не захотят меня ещё видеть…

Василёна склонилась над открытым капотом, а я глаз не мог оторвать от её круглой попы… вот это точно бомба!

Взял так взял и пощупать есть за что!

— Кх, кх…, привет, — что-то меня даже голос подвёл, хрипловато получилось и не громко.

Резко выпрямилась, стукнувшись о крышку капота, схватилась за голову, потирая, развернулась и уставилась на меня, как на привидение.

— Ты?! Опять?! — а я уже и забывать стал какие у неё глаза красивые, зелёные с коричневыми крапинками по кругу… в них и раньше утонуть можно было, а сейчас у меня просто голову сорвало от них, таких родных и любимых.

— Вот… это тебе, Василин, — протягиваю огромный букет и жду её решения. — Я очень рад тебя видеть, нам поговорить нужно… очень.

Я ей шанса отказаться не дал, сунул в руки и шаг назад сделал, боясь не сдержаться и сграбастать в охапку эту новую Васёну, но такую… мою?

— А ты не сильно опоздал, Чехов?

— В смысле?

— Так почти семь лет прошло, раньше никак не получалось? — столько ехидства было в её словах, что мне даже обидно стало, зачем она так… сама же исчезла в неизвестном направлении.

— Я приезжал, а ты уже переехала оттуда вместе с родителями.

— Надо же! — букет на крышу автомобиля кинула и приняла скучающую позу, мол ври-ври, я тебя внимательно слушаю же. — И через сколько месяцев ты соизволил обо мне вспомнить, командир?

Да что я такого сделал? Я на службе вообще-то, там куда партия закинет, туда и поедешь, не возмущаясь.

— Месяца через четыре…, - нас как раз группой в Мали закинули, и мы все эти четыре месяца выполняли поставленную перед нами задачу.

— Так скоро? Да зачем же ты так торопился, Серёж? Не надо было на меня своё драгоценное время тратить… зачем.

Да она же надо мной самым настоящим образом издевается!

— А вот зачем! — два шага и эта пышная красотка в моих руках, ловлю губы и жадно целую… сминая, наказывая, подчиняя.

Блять…, это снова со мной происходит. В душе поднимается такая волна нежности и вожделения, будто и не было этих лет разлуки, словно я только что с командировки вернулся, а она, любимая и желанная, ждёт дома… и любит тоже.

Вася пытается вырваться, но куда там, я уже не тот щуплый парень, применяю мягкую силу, поднимаю и приживаю к машине, дрожащими руками касаюсь полных грудей, которые как будто только меня и ждали, мягкие, большие и, наверное, сладкие… м-м-м.