Книга Игра в невидимку, страница 40 – Альва Морис

Я сам не знал, отчего вдруг начал избегать ее взгляда. Возможно, не хотел, чтобы она видела меня таким, а может, боялся увидеть в ее лице отражение того, что происходило на моем. Потому просто переключился на бесцельный осмотр спальни.

Идеально заправленная постель, таких не встретишь даже на выставочных образцах мебельных магазинов, зарядка от телефона на тумбе, рядом – какой-то комикс с совершенно дурацкой обложкой, у кровати остро заточенный карандаш.

«Кэп читал перед сном, делал зарисовки? Представлял себя крутым гонщиком на мотоцикле, рассекающим ночной город в объятиях красотки Ким? А потом? Поставил телефон заряжаться, проспался, передумал надевать скучно-синий свитер и влез в какой-нибудь скучно-серый? Черт, на нем ведь даже была не его собственная одежда, когда мы его нашли…»

— А что это такое? – Вивьен заинтересованно разглядывала небольшой столик у стены, на котором были расставлены странные фигурки и курильница в традиционном восточном стиле.

— Китайский вариант домика для Барби, – неуклюже пошутил я. Бернелл улыбнулась, но не слишком весело. – Шэнькань, домашний алтарь для поклонения предкам и божествам рода.

Я подошел ближе и взял крошечную фотографию парня, немногим младше меня сейчас. На нем была кожаная куртка на пару размеров больше и майка без рукавов. Даже на выцветшем изображении можно было различить татуировки, украшавшие тело парня до самой шеи. Он явно пытался казаться крутым, вот только лицо его выдавало. Он был слишком похож на свою мать.

— Хан Джи Хен, старший брат нашего Кэпа, – кратко пояснил я и вернул фотографию на место.

— Не думал, что ты меня слушал, – усмехнулся Кэп, материализовавшись на кровати.

«Я бы и сейчас не стал, если бы был выбор. На самом деле я еще год назад раскопал твое досье, это дорого мне обошлось».

— Уверен, ты все вернул с процентами, разыскивая котов и ловя нечестных банкиров за руку, – парировал он. – Джи Хена убили, когда я уже покинул Триаду, мне не удалось узнать, что именно произошло.

«Бандитская перестрелка, ничего особенного». – Эта информация стоила мне еще дороже.

Кэп ненадолго замолчал, будто что-то вспоминал.

— Отец уничтожил все наши фото после того, как узнал, чем мы занимаемся. Это я сделал незадолго до того, как покинул банду, – все же продолжил он. – Первое время отец даже запрещал матери и Со Ен молиться за наше благополучие.

«Вы разбили ему сердце, когда ушли».

Мин снова не ответил. Только поднялся с кровати и, подойдя к шэнькань, зажег палочку благовоний. Я почувствовал запах сандала и чего-то пряного, похожего на корицу.

— Адриан? – Вивьен удивленно повернулась ко мне, учуяв запах благовоний.

Я посмотрел на собственную руку с зажатой зажигалкой: это я сделал? Хотя кто еще это мог быть, нас здесь двое.

Кэп, не обращая внимания на мои внутренние терзания, продолжал стоять и пялиться на крохотный огонек.

— Как ты думаешь, мы с ним встретимся? Я бы хотел снова увидеть брата.

«Я материалист, Кэп, и не верю в чушь вроде загробной жизни».

Он усмехнулся:

— Тогда какого черта ты сейчас со мной разговариваешь?

Он был прав, как всегда, только легче от этого не становилось. Голова буквально раскалывалась от недосыпа в последние дни, я опустился на кровать и взял в руки комикс, просто чтобы переключиться. Вивьен, по-видимому, смирившись, что сегодня от меня было мало толку, продолжила осмотр вещей Мина.