Книга Самая милая пара, страница 57 – Мэри Кубика

Снаружи по-прежнему шумит ветер, а теперь еще и дождь хлещет по окнам. В доме темно. Мы не включили свет, и, хотя сейчас еще середина дня, погода такая, что кажется, будто уже наступили сумерки.

— Ты точно не хочешь сесть? – снова спрашивает Лили.

— Не хочу.

— Что происходит? Ты меня пугаешь.

— Пока мы были в ресторане, кто-то побывал в моем доме, – говорит Нина.

— Кто?

— Джейк.

Вот это поворот. Просто нокаут. Ладно бы меня не узнали, но принять меня за Джейка… Такого я не ожидал.

— Джейк? – повторяет Лили, и я понимаю, что она в шоке. Но ее шок вполне объясним с точки зрения Нины. Джейк отсутствовал несколько дней и объявился именно тогда, когда Лили и Нина были в ресторане.

— Да, Джейк.

— Откуда ты знаешь? – спрашивает Лили.

— Его видела моя мама.

— Что он сказал? Где был все это время? Он сейчас там? Дома?

— Нет. Он ничего не сказал моей матери. Пришел и снова ушел.

— Боже мой, Нина. Мне так жаль. Но что ему было нужно, как ты думаешь?

— Откуда мне знать, – раздраженно говорит Нина. – Мама говорит, что он заходил в свой кабинет, что-то искал. Он не ради меня приходил.

— Ох, Нина, – сочувственно вздыхает Лили. Тишина. Я представляю, как Лили обнимает подругу. Проходит секунд тридцать. – Давай посмотрим на это с позитивной стороны. Теперь ты знаешь, что он, по крайней мере, жив, так? Он не пропал, как ты думала, и, наверное, не пострадал. Может быть, ему просто нужно время, чтобы все обдумать и прийти в себя. В отношениях такое случается часто, время от времени каждому нужен перерыв. Как говорится, в разлуке чувство крепнет.

Некоторое время Нина молчит. Чего бы я только не отдал, чтобы быть сейчас на кухне с ними. Так хотелось бы увидеть лицо Нины.

— Может быть, ты и права, – говорит она наконец.

Мне нравится, как Лили повернула разговор, как нашла в этой ситуации светлую сторону. Пусть даже все это вопиющая ложь.

Мы едем в темноте. Подождали до десяти часов вечера, когда на улицах почти никого. Я везу Лили к тому месту, где стоит машина Джейка. Останавливаюсь у обочины, прямо за ней. Лили поворачивается ко мне, и я кладу руку ей на колено.

— О чем думаешь? – спрашивает она.

Дождь, ливший несколько часов, давно прекратился. Ветер к ночи стих. Вокруг тишина.

— Ни о чем.

Но Лили слишком хорошо меня знает.

— Нет, Кристиан, ты о чем-то думаешь. Я же знаю.

— Как ты можешь это знать?

— Ты молчишь. Ты молчаливее, чем обычно.

Она права, я действительно кое о чем думаю. О том, что случилось сегодня. О том, как я едва не попался.

— Я был уверен, что Нина знает. Когда она пришла, я подумал, что облажался и теперь мне крышка.

— Но она же не знает, так что все в порядке. – Лили берет меня за руку.

— Да, не знает. Но это я потом понял, а тогда здорово перепугался, – нехотя признаюсь я. Мне нравится быть сильным, чтобы Лили чувствовала себя как за каменной стеной, знала, что со мной ей ничего не грозит, что я обо всем позабочусь и найду выход из любого положения.

— Все в порядке. Я тоже испугалась. Но Нина ни о чем не подозревает.

— Когда Нина пришла сегодня, я поймал себя на мысли…

— На какой мысли? – Я не отвечаю, и Лили повторяет: – На какой мысли, Кристиан? – Она наклоняется ко мне.

— Если скажу, тебе это не понравится.

Лили качает головой.

— Что бы это ни было, я не смогу думать о тебе плохо.