Книга Фронтир, страница 96 – Яков Литвинов

— Люди. Катастрофическая нехватка людей, господин Агапов. Я же говорил.

— Точно-точно. Простите, святой отец.

— Ничего страшного.

Они шли по светлому, почти пустому коридору, по которому, кроме них, бродили пациенты. Все они были одеты в зеленые больничные пижамы. Часть из них выглядела абсолютно здоровой, разве что бледноватой. Другая производила жуткое впечатление: пациенты сверлили взглядом гостей, что-то бормотали, повторяли одни и те же движения по кругу.

Некоторые двери были открыты, и через дверной проем можно было увидеть скудные интерьеры палат: три койки, тумбочки, заставленные барахлом, пустыми кружками, пакетами с соком, книгами, общий столик с пластиковой вазой, где торчал один цветок.

Сейчас у пациентов было свободное время. Большинство проводило его в бесцветных снах – они давали отдохнуть своему сознанию, а сознание, напичканное лекарствами и успокоительными, давало отдохнуть им. Общая атмосфера навевала тоску и сонливость, так что Винсент даже зевнул. Кто-то проводил время в различных кружках, но основная масса бодрствующих сидела перед общими телевизорами, по которым показывали один из многих бесконечных отечественных сериалов.

Ближе к кабинету главврача в интерьере стали появляться скудные украшения. Через две недели будет Новый год и даже в этом скорбном доме появится атмосфера праздника и сказки, хотя бы на одну ночь.

Наконец, они добрались. Агапов плюхнулся в свое кресло, которое скрипнуло под его весом, а Винсент и Ахимас встали перед ним.

— Итак, господа, чем могу быть вам полезен?

— Еще раз приносим свои извинения за беспокойство. Мы бы хотели просто осмотреться здесь. Поговорить со страждущими, если им это необходимо. Забрать вещи нашего почившего собрата.

Пока Ахимас продолжал забалтывать Агапова, Винсент разглядывал его кабинет. Ничего выдающегося или интересного тут не было. На стене за спиной главврача в рамочке висели его дипломы и сертификаты, один из которых был от организации «Рассвет», рядом висел календарь с логотипом корпорации БЛК, точнее, ее медицинского подразделения. Странное сочетание знаков отличия от блюстителей чистоты и трансгуманистов. В полупустом шкафу разместились медицинские книги и журналы. Рядом с ними стоял небольшой двойной крест – подарок от ЦСП, обозначающий сотрудничество с ними. На столе была рамка с фотографией, скорее всего, семейной – Винсенту не было ее видно. Но он заметил кольцо на руке Агапова. Винсент остановил взгляд на настенных часах, по которым плавно бежала секундная стрелка. Его начало клонить в сон, он с трудом сдерживал зевоту и с завистью посмотрел на кожаный диван.

— Что ж, господа, тогда не смею вас задерживать. У нас скоро обед, если захотите, приходите в столовую для персонала.

— Спасибо за предложение. – Они покинули кабинет.

— Что теперь? – спросил Винсент.

— Начнем с кабинета «нашего почившего брата». – Ахимас показал ключ, который дал ему доктор. – Что скажешь об Агапове?

— Ничего. Выдает себя за искреннего альтруиста.

— Может быть, он на самом деле такой?

— Может быть. А может быть, и нет.

— Может быть.

Кабинет монаха-еретика оказался гораздо более скромным. Пустой стол, на котором лежало лишь Священное Писание, покрытое слоем пыли, пара книжных полок, несколько кресел и кушетка. На стене висел двойной крест.