Книга Фронтир, страница 167 – Яков Литвинов

— Мы давно с вами не виделись, достопочтенный Форух, – сказал Валлерстайн. – Позвольте узнать, как обстоят у вас дела?

— Замечательно. Наш дом небольшой, и его позиции пошатнулись с утратой возможной невесты, но мы еще воспрянем. Как и всегда. Дом Ноксов многое пережил и много раз был на грани, но всегда восставал.

— Приятно это слышать. Обычно маленькие дома неспособны вернуть былую славу, но я уверен, что дом Ноксов – исключение из этих правил.

— Дом Ноксов стал следующим возможным претендентом на трон, – резко вставил Осамм на саркастичное замечание Валлерстайна.

— Осамм! – осадил его отец. – Это правда. В последнее время какое-то проклятье преследует наследников и они умирают. Ну… чаще, чем это обычно происходит при дворцовых играх. А так как у энси Данифа, стоящего в линии крови между нами и шахнашахским родом, нет наследников, а у других родов второго колена они умирают, то Осамм или же его сын смогут претендовать на трон.

— Звучит как заговор.

— Некоторые и правда умерли насильственной смертью, но их убийцы известны, и эти смерти объяснимы.

— Вот как. Тогда поздравляю. Хотя поздравлять с чужой смертью не очень-то красиво.

— Застолье скоро начнется, так что прошу нас простить. Хорошего вечера, господа. Луций, очень рад с тобой познакомиться, мой мальчик.

— И я, дядя.

Форух и Осамм ушли. Луций и Валлерстайн тоже направились к столам занимать свои места.

— Лорд, почему дядя сказал вам «сердцу не прикажешь»?

— Он считает моей виной то, что ваша мать покинула свой дом. Думает, видимо, что я пытался поженить ее и вашего отца. Хотя на деле моя «вина» лишь в том, что я их просто познакомил друг с другом. И оказывал всяческое содействие вашей матери в ее желании быть ближе к вашему отцу. Конечно же, я понимал, что брака быть не может и глупо даже пытаться организовывать что-то подобное. Тем более зачем это мне? Но попробуй убедить в этом Форуха. Он злится за то, что дом Ноксов лишился женщины, которой можно было бы подобрать удачную партию, но не готов смириться или принять мысль, что это было добровольным желанием вашей матери. Ну и, конечно же, подобное событие здесь считается позорным. А злиться ему на кого-то надо, вот он и направил свою злобу на меня. Я и не против, честно говоря. На меня это никак не влияет.

— А среди других энси он не может испортить вашу репутацию?

— Вряд ли. Они привыкли не верить словам и верить самим себе. Верят они в свою выгоду, которую получают от сотрудничества со мной.

Они заняли свои места, и началось многочасовое застолье, от которого Луцию, привыкшему к сражениям и движению, стало физически плохо. Когда подошла его очередь говорить тост, которая в этот раз наступила раньше, ведь он имел кровь Ноксов, он просто зачитал его по бумажке. Бумажку ему заблаговременно написал Валлерстайн по просьбе Луция.

Наконец это испытание закончилось и гости начали расходиться. Впрочем, праздник еще не подошел к концу, а у некоторых присутствующих еще были силы продолжать общение, и пир снова перешел в свободный формат.

— Мне нужно что-нибудь выпить, – сказал Луций, направляясь к столам с алкоголем.

Он высматривал в толпе вчерашнего вора с рынка. Ему было интересно, что вообще вчера произошло и как он мог оказаться, судя по всему, помощником главы личной стражи энси Лейлора. Но того нигде не было.