Книга Фронтир, страница 120 – Яков Литвинов

Наконец, Валлерстайн вышел на сцену и весь шепот моментально стих.

— Почтенные дамы и господа, представители буржуазии и обычный люд, я рад приветствовать вас здесь. – Герцог говорил в специальные трубки, установленные на трибуне, которые тянулись вокруг сцены наверх и расширялись, становясь похожими на медные цветы. Его голос, раздавшийся оттуда, был низким, звонким и очень громким. Наверняка его было слышно даже на самых задворках. Луций не понял сло́ва, которое употребил герцог, – «буржуазия», – но Лукреция, сидевшая рядом, объяснила ему, что так ее отец называет Младшую линию. – Вы знаете, что я не любитель долгих речей, потому буду краток. Мы прекрасно знаем, что наши владения самые большие в стране, а это означает, что дорога из одного конца в другой занимает несколько недель. И я говорю не только о поездках, но и о доставке провианта, ресурсов и прочих благ, не говоря уже о том, что, когда королю нужны наши клинки, много времени уходит, чтобы прийти на помощь. Так вот. Отныне все перемещения станут в разы быстрее и сплотят наш Круг прочнее, чем когда-либо! Я представляю вашему вниманию первую в Пандемонии и, надеюсь, не последнюю железную дорогу!

Валлерстайн торжественно вскинул руку вверх, и алый занавес вспыхнул пламенем, моментально прогорев. За ним оказалось большое здание из камня и металла со стеклянным куполом.

Пока было не особо понятно, каким образом это здание поможет в том, о чем сказал герцог, но толпа залилась овациями, так же не понимая суть события.

— Я передаю слово господину Максимилиану Лакруа, чей концерн является совладельцем железной дороги.

Под аплодисменты герцог ушел со сцены, и его место занял молодой мужчина крепкого склада с экстравагантным видом – его волосы были подстрижены коротко, как у простолюдинов, и уложены маслом; также он носил небольшую бородку.

— Лукреция, а этот господин не родственник вашего врача?

— Да, это старший брат мадам Лакруа. Откуда, думаешь, у женщины не дворянки возможность обучиться и стать придворным врачом?

Господин Лакруа, в отличие от герцога, любил затянутые речи. Он много сыпал цифрами, рисуя перспективы и открывшиеся возможности, рассказывал о ходе строительства и охвате будущей железнодорожной сети. Стоит отдать должное – труд был проделан колоссальный. Чтобы не разрушить недавно построенные здания домов и фабрик, был прорыт подземный тоннель для железной дороги, который выходил наружу только за крепостными стенами. Пока буржуа рассказывал о железной дороге, по рядам ходили лакеи, раздавая клочки бумаги с номерами. Закончив, он наконец пригласил всех внутрь вокзала.

Изнутри здание завораживало больше, чем снаружи, так как внутри не было стен и создавался эффект простора. Луцию это напомнило вольер, где содержался красный дракон. Внутри были лишь длинные ряды скамей, несколько закрытых лавок и огромные настенные часы. Везде стояла стража, наблюдая, чтобы никто не выходил за рамки дозволенного. Так много стражи Луций видел лишь на событиях, где принимал участие сам король.

Но самое интересное было дальше – пол вокзала постепенно переходил в отдельные платформы, между которыми лежали полосы металла, уносящиеся далеко прочь в туннель. Возле одной из платформ стоял металлический монстр, напоминающий гигантскую змею, во главе которой была черная машина с колесами, рычагами и чем-то, что Луций даже описать не мог.