Книга Владычица Авалона, страница 92 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Свершилось… – послышался голос откуда-то сверху. Все подняли глаза: перед ними стояла Королева Фаэри – такая, какой предстает по ту сторону, в своих владениях, – сияющая великолепием, в сравнении с которым ее прекрасное обличье среди людей – это не более чем слабый отсвет и обманчивая личина.

— Вы справились. Теперь осталось только призвать облака и сокрыть остров Авалон от мира. А вам, дети мои, пора вернуться в свои тела. Владычица Авалона привычна надолго покидать тело: она и засвидетельствует все то, что произошло, и выучит заклинание, с помощью которого возможно проходить сквозь туманы во внешний мир.

Кейлин отошла в сторону от остальных. Шианна, заулыбавшись, тоже повернулась было идти, но Гавен покачал головой.

— Узы, соединяющие меня с этим обличьем, расторгнуты.

Глаза Шианны расширились.

— Ты умер?

Гавен широко усмехнулся.

— Я разве похож на мертвеца? Я просто расстался с телом. Теперь я свободен.

«И для меня ты потерян навек… – подумала Кейлин. – Ох, милый ты мой мальчик, сын мой!» Жрица потянулась было к нему – и тут же бессильно уронила руки. Теперь он для нее недосягаем.

— Тогда я останусь здесь, с тобой! – Шианна крепко-накрепко вцепилась в него.

— Но это место – всего-навсего порог, и скоро исчезнет, – объяснила ей мать. – Гавену должно идти дальше, а тебе следует вернуться в мир людей.

— Но Авалон в безопасности, – воскликнула молодая жрица. – Зачем мне возвращаться?

— Если тебе дела нет до той жизни, которую ты еще не прожила, тогда вернись ради ребенка, которого носишь в себе…

Глаза Шианны расширились еще больше; в душе Кейлин воспряла надежда, об утрате которой она доселе и не подозревала. А сияние, окутывающее Гавена, разгоралось все ярче, как будто с каждым мгновением условности плоти утрачивали всякое значение.

— Живи, возлюбленная моя, живи; живи и взрасти наше дитя, чтобы что-то от меня осталось в этом мире.

— Живи, Шианна, – воскликнула Кейлин, – ты молода и сильна; времена грядут непростые, и мне так нужна твоя помощь!

Гавен заключил жену в объятия; исходящее от него нестерпимо-яркое сияние теперь струилось и сквозь Шианну.

— На земле время летит быстро. А когда твой срок подойдет к концу, мы снова будем вместе!

— Ты обещаешь?

Гавен рассмеялся.

— Здесь нет места лжи. – При этих словах вспыхнул слепящий свет. Кейлин зажмурилась.

— Я люблю тебя, – проговорил Гавен. И хотя слова эти, по-видимому, предназначались для Шианны, душа Верховной жрицы услышала их – и Кейлин поняла, что Гавен обращается и к ней тоже.

Когда она наконец открыла глаза, оказалось, что она стоит на широком илистом берегу болотистых угодьев, где отлив катил вспять солоноватые воды Сабрины. А рядом ждала Королева Фаэри, на сей раз снова в обличье лесной жительницы, хотя и не вовсе чуждой чарам Иного мира. Ночь минула; с каждой минутой светлело. Чайки с воплями пикировали вниз; в густом влажном воздухе ощущался резкий привкус далекого моря.

— Неужто получилось? – спросила Кейлин.

— Оглянись по сторонам, – донесся ответ. Кейлин обернулась. В первое мгновение ей показалось, что ничего не изменилось. Но тут она заметила, что круг камней на вершине Тора цел и невредим: менгиры стоят на своих местах, высокие и прямые, словно и не были никогда осквернены, а зеленый склон позади священного источника, где некогда теснились похожие на пчелиные улья хижины отца Иосифа и его монахов, пуст и безлюден.