Книга Владычица Авалона, страница 83 – Мэрион Зиммер Брэдли

К Гавену кинулись трое солдат, подняв щиты и с мечами на изготовку. Гавен опустился в полуприсед, отразил первый колющий удар ловким отбивом, как его когда-то научил Руфин, и в свой черед сделал выпад: клинок рассек ремни, удерживающие вместе грудную и спинную части доспеха, и вошел противнику в бок. Солдат с воплем опрокинулся навзничь, Гавен стремительно крутнулся на месте и нанес удар следующему неприятелю: несокрушимая сталь его меча пронзила нагрудник насквозь. В лице солдата отразилось неописуемое изумление: Гавен оценил бы всю комичность картины, будь у него время обращать внимание на такие пустяки; но на юношу уже накинулся третий нападающий. Гавен пробил защиту противника, шагнул вплотную, вражеское лезвие устремилось вниз и скользнуло по его спине, но звездный клинок вошел под римский доспех и пронзил недруга прямо в сердце.

Безжизненное тело рухнуло в траву, увлекая за собою и меч, но Гавен успел-таки выдернуть клинок. Четверо молодых друидов уже лежали на земле. На помощь подоспело несколько болотных жителей, но их дротики и стрелы римскую броню не пробивали.

— Бегите! – Гавен махнул рукой. Почему дурни не бросились наутек, пока еще возможно? Но оставшиеся друиды, напротив, пробивались к нему, выкликая его имя.

Атака Гавена застала римлян врасплох. Одного он сразил первым же ударом; второй вовремя прикрылся щитом и рубанул в ответ. Лезвие задело плечо юноши, но боли он не почувствовал. Следующий удар пришелся в спину: Гавен пошатнулся, но тут же выпрямился и, взмахнув мечом, отсек противнику руку. Оставалось еще пятеро и декурион; и они уже убедились, что юношу голыми руками не возьмешь. А ведь, пожалуй, еще не все потеряно! Свирепо усмехнувшись, Гавен оттеснил назад очередного нападающего, обрушив на щит град быстрых ударов – аж щепки во все стороны полетели!

Синие драконы на предплечьях Гавена окрасились багрянцем, и, хотя юноша по-прежнему ничего не чувствовал, кровь эта по большей части была его собственной. Густая тень волной пала на него; он сморгнул, увернулся от следующего удара – уже не так проворно, как раньше. Дело не в потере крови, подумал он, рискнув поднять глаза к небу, где по ясному синему небу стремительно расползался темный туман.

«Кейлин и Шианна», – мрачно подумал он про себя. Сейчас они разгонят римлян. Надо только продержаться еще немного.

В живых оставалось еще пятеро врагов. Гавен размахнулся мечом; лезвие грозно блеснуло в солнечных лучах. Легионер отскочил назад, Гавен зловеще захохотал. И тут, словно гром с небес, что-то ударило его между лопатками. Гавен дернулся вперед и рухнул на колени, недоумевая, что такое сбило его с ног и отчего вдруг ему так трудно дышать.

Он опустил взгляд: из его груди торчало смертоносное острие пилума. Юноша покачал головой, не веря глазам своим. Быстро темнело – и все-таки не настолько быстро, чтобы помешать римским мечам рубануть его в спину, по ногам и по плечам.

Мир погрузился во тьму. Звездный меч выпал из безжизненной руки. «Шианна», – прошептал Гавен и повалился на священную землю Авалона с долгим вздохом – так же, как накануне ночью, когда, обессилев, он в изнеможении рухнул в объятия любимой.

— Он мертв?

Кейлин очень осторожно выпустила руку Гавена. Пытаясь отыскать жизненную силу с помощью внутреннего ви́дения, она обнаружила разве что слабую искру. Жрице пришлось пощупать пульс, чтобы убедиться наверняка.