Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 1, страница 44 – Миф Базаров

Я закрыл глаза.

Сила потекла из рук.

Сначала тепло и пульс, обычные, живые. Но потом сквозь этот пульс прорвалось другое биение. Ритмичное, чужое, неправильное. Как будто второе сердце билось глубоко, прячась за позвоночником.

Я толкнул туда.

Тело подо мной выгнулось дугой.

Мужчина закричал, и это был не один голос.

Два голоса накладывались друг на друга: верхний — визгливый, панический, человеческий, и нижний — низкий, рокочущий, как далёкий обвал в горах.

Они дрались за один рот, за одно горло, и звук, который из него вырвался, был такой, что у меня мурашки пошли по коже.

— Дави! — рявкнул Пётр. — Не жалей его, он иномирец! Он чужд для нашего мира!

Я вложил ещё.

Пот заливал глаза, руки дрожали, мышцы сводило судорогой.

В носу защипало, и я почувствовал солёный вкус крови на губах: от перенапряжения лопнул сосуд.

Чужое биение не сдавалось. Оно отступало, уходило вглубь, но не исчезало. Как будто то, что сидело там, умело цепляться. Пускало в ход то, что под рукой: боль реципиента, его страх, его угасающую волю.

— Не останавливайся, — Пётр говорил ровно, но я чувствовал по рукам на моих плечах, что наставник тоже работает. Вливает в меня магическую энергию, подпитывает источник. — Ещё немного.

Я толкнул в последний раз, изо всех сил, до хруста в зубах.

И вдруг стало легко.

Чужое биение исчезло.

Оборвалось, как струна под ножом.

Не постепенно, а сразу, в один момент. Я успел заметить, как красный контур полыхнул в последний раз и схлопнулся, оставив только ровное человеческое свечение.

Тело подо мной обмякло.

Я убрал ладони. Долго смотрел на них: дрожат мелкой противной дрожью. Кровь из носа капала на гранит. Маны не было совсем, ни капли, ноль.

Наставник стоял рядом. Он смотрел на меня как-то иначе.

— Пётр Христофорович, — хрипло сказал я. — Вы знали, что получится. Откуда?

Он лишь довольно улыбнулся.

Задержанный открыл глаза.

Я напрягся, готовый снова вцепиться в него, но мужчина даже не дёрнулся. Просто смотрел вверх, на чугунные фермы, и хлопал ресницами. Взгляд был пустой, непонимающий.

Потом поднял руку и уставился на неё как на чужую.

Только потом мужчина заметил меня и Петра.

— Кто вы? — спросил он севшим хриплым голосом. — Где я?

— Ты в безопасности. Скажи, как тебя зовут? — наклонился и мягко спросил Пётр.

Мужчина наморщил лоб. Пошевелил губами.

— Не… не помню, — в глазах мелькнул страх. — Я ничего не помню. Что со мной было?

— Какой сейчас год? — спросил Пётр.

Мужчина от удивления расширил глаза.

— Я не помню. Помню только, что по радио объявили о том, что Император Дмитрий умер.

Я переглянулся с наставником.

Больше пяти лет тому назад.

— Так всегда? — спросил я тихо.

— Если реципиент жив, то почти всегда, — Пётр говорил ровно. — Чёрная комната. Душа была там, но ничего не видела. Просто спала.

Я посмотрел на свои руки. На них ещё была кровь, моя собственная, из носа. Руки, которые только что делали что-то, доступное магам уровнем выше моего.

Стало не по себе.

Мужчина сел, прислонившись спиной к чугунной опоре. Обвёл взглядом мост, воду, нас.

— Артём, — вдруг прошептал он.

— Что? — я подался вперёд.

— Имя, — он прижал руку ко лбу. — В голове крутится. Артём. Всё время Артём. Артёму может это не понравиться.

— Это твоё имя?

— Нет. Нет, меня… — он снова замолчал, с усилием роясь в памяти. — Не знаю. Не помню своего.