Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 2, страница 4 – Миф Базаров

Я сцепил зубы. Кивнул.

Софья Михайловна наконец обернулась и посмотрела на меня.

— Игорь Юрьевич, — ровным, спокойным тоном произнесла она, — Георгий Николаевич был хорошим учителем. Жаль, что так вышло. Очень умный человек, мне довелось как-то пообщаться с ним.

Я замер.

Она смотрела на меня без сочувствия, просто констатация факта.

— Вы свободны. Спасибо за службу, мастер Воронов.

— Благодарю. Служу императору, — выдавил я деревянным голосом, коротко поклонился и развернулся к выходу.

Но перед тем как закрыть дверь, заметил, как Иван Иванович и Софья Михайловна переглянулись.

Вышел в коридор и остановился, прислонившись к стене. Закрыл глаза на секунду.

Она знала про Ушинского до того, как я сказал хоть слово. Сканировала во время доклада, это понятно, но княжна ещё и знакома с учителем. Впрочем, и с моими родителями тоже.

Пошёл к себе в кабинет. Самое нелюбимое на службе это бумаги. Уж лучше несколько дней кряду гнить в засаде или участвовать в ночной охоте на газлайтеров во время прорыва, чем изводить чернила на эти никому не нужные отчёты.

Хотя нет, вру.

Есть занятие, которое я ненавижу ещё сильнее, это ежегодная аттестация магов жизни. Там ты не просто тонешь в бумагах, а сутками разгребаешь ментальную грязь в чужих головах. Тошнотворное дельце.

Я вернулся в кабинет, сел и выложил перед собой стандартные бланки отчёта. Несколько минут просто гипнотизировал первую строку: «Дата выезда. Основание. Состав группы».

Всё произошедшее предстояло перевести на казённый, мёртвый язык, лишающий событие самой его сути. Вместо «тварь размером со слона пробила насквозь дом» — «зафиксированы существа класса Д-3, представляющие угрозу наземной постройке». Вместо «Латти ушёл в портал, и я не знаю, жив ли он» — «местонахождение фигуранта Латти не установлено. Предположительно, покинул зону операции посредством портального перехода».

В какой-то момент Мария молча принесла мне справочник артефактов и раскрыла его. Я использовал несколько нестандартных «игрушек», и их следовало внести в реестр расхода. Хорошая привычка, сам бы я ни за что не вспомнил.

— Интересно, это обязательно расписывать? — задумчиво произнёс я, глядя на графу «Обоснование применения».

— По инструкции — да. Но можно кратко.

Я вписал «оперативная необходимость» в семь пунктов подряд. Пожалуй, это было самым честным, что я сегодня написал.

В какой-то момент сам не заметил, как за столом меня сменила Мария. А я ходил по кабинету от окна к двери и диктовал. Девушка работала безупречно: не переспрашивала, не путалась в деталях и умела отсечь существенное от шума. В какой-то момент я поймал ритм и просто говорил, не замедляясь, а она едва успевала записывать.

Когда я поставил последнюю подпись, за окном уже вечерело.

Поблагодарив за помощь Черкасову, отпустил её домой. Сам же направился в техотдел проведать Павлика. Заодно разузнать, что происходит: теперь было ясно, что друг знал намного больше меня.

Паша сидел за столом, уткнувшись в какой-то артефакт. На нём был очередной новый халат, с виду целый.

— Неужели дожил до вечера? — спросил я, кивая на халат.

— Даже не начинай.

Кью поднял локоть, я увидел там дыру.

Я усмехнулся, подошёл к верстаку. На столешнице ровными рядами лежали патроны с алыми насечками: антимагические.