Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 2, страница 104 – Миф Базаров

— Куда конкретно в «Ухинск»?

— В город. У него там сестра.

Я кивнул. Запомнил. Надо будет отразить в докладе, пусть этого Рыжова допросят.

Закрыл журнал, отдал. Посмотрел на часы: без двух минут два.

Захар уже отогнал пикап на пятак для ожидающих перемещение. Мы были там единственными.

Между колоннами начал темнеть воздух. Сгустился, пошёл воронкой.

Потом из портала пошла вереница людей на мопедах и старых мотоциклах. Сорок семь человек. К сёдлам привязаны по два-три мешка, набитых травами, рюкзаки тоже.

Дождавшись прохода последнего, страж телепорта махнул нам.

Захар толкнул рычаг. Пикап вкатился в воронку.

Покалывание по коже, вспышка. Свет тут же ударил по глазам и пропал.

Воздух резкий, сухой. Запах перегретой травы, горький, как полынь. Ясное небо до самого горизонта. Под колёсами утоптанная площадка вокруг двух колонн с рунами, и больше ничего.

Никакого форта, забора и тем более гарнизона.

Кругом лишь степь.

Хотя нет, в двадцати метрах на гребне холма — низкое каменное укрытие, больше походившее на деревенский погреб. Дубовая дверь с засовом снаружи, над дверью надпись: «На засов изнутри».

— Местные, — сказал Захар, не дожидаясь вопроса. — Кто к закату не успел до портала, забиваются сюда. Молятся. Шанс выжить ночью есть, но очень маленький.

— Твари?

— Ночные блохи. Сжирают всё, где только кровь есть.

— А гарнизонные маги?

— Не держат. Мир-то на отшибе, тут кроме редких трав, которые нигде больше не растут, считай, и нет ничего.

С тракта, с северо-запада, послышался стук одноцилиндрового двигателя. Вскоре мы увидели мотороллер. Старый, краска облезла, сзади корзина, набитая сухой травой до краёв. На седле мужичок лет пятидесяти, в выгоревшей рубахе и в запачканной панаме с зелёными пятнами.

Подкатил, заглушил. Посмотрел вокруг, утирая лоб.

— Эх, опоздал!

— На дневной? — я вылез из машины.

— На дневной. Сам и виноват. Прокладка под крышкой потекла, замотал тряпкой, до обеда и не дотащился. К вечернему-то подскочу, оно нормально, только обидно. Травы свежие в корзине, надо поскорее их в спирте вымочить, а я тут торчу.

Он только теперь как следует посмотрел на меня. Увидел серебряную эмблему на куртке, коричневый плащ вышедшей Марии.

— А вы туда али сюда? — мужик мотнул головой в сторону степи, а потом к порталу.

— Туда.

— Ну, дай вам сил.

— Видел, как грузовики позавчера въезжали утром? Четыре машины.

Мужичок прищурился. Поскрёб затылок.

— Видел, как же. Я как раз позавчера утренним заходил. У портала четыре машины и стояли, под тентом. Подумал ещё: куда же столько везут народу в кузовах, никак сборы артель учудила?

— А портальный дежурный, кто был с той стороны?

— Не наш, должен был Рыжов дежурить, я его знаю с прошлой осени. А там был другой, помоложе. С татуировочкой вот тут, — мужчина ударил себя по запястью, — змея какая-то с присосками. Меня даже расписаться не пустил. Иди, говорит, не мешай. Я что — пошёл.

Переглянулся с Марией. Она кивнула. Уже прощупывала мысли мужика.

— А куда грузовики поехали отсюда?

— По южному. Наши на юг не ездят. Степь там лет тридцать назад была, теперь больше на пустыню смахивает.

— Спасибо.

— Да не за что, ваше благородие.

Мужик достал из-под седла мотороллера фляжку, хлебнул и тут же утёрся, ритмично дёрнув головой.