Книга Иномирье просыпается, страница 107 – Ален Т. Пюиссегюр

Рукокрылое колдовало с помощью узловатой палки, направляя на школяров поток воды. Водяная стена приближалась, брызгая на камни. Они не знали, как спастись. Вода вот-вот должна была снести их, утопить, уничтожить!

На пути воды встал щит.

Позади Ковена и Брайны появился Ксантос, за ним – Лексиос и Сирения.

Рукокрылое мгновенно исчезло.

Четыре школяра и магистр с недоумением оглядывали зал Аквамарина.

— Что здесь произошло? – спросил Кстантос, оглядывая пещеру.

Ковен и представить не мог, что когда-нибудь услышит в голосе мощного тигра страх!

— Рукокрылое, наверное, пряталось в Трилике, – сказал он.

На полу лежали мёртвые лазурины.

— Вы видели, что оно делало? – возвысил голос магистр.

— Мы вошли, когда оно заканчивало колдовать, – сказала Брайна.

Ритмичное пение, которое обычно издавал Аквамарин, изменилось. Стало стихать и сбиваться.

— Магистр, что это значит? – обратилась Сирения к Ксантосу и указала на Аквамарин.

Он, как всегда, висел в воздухе и медленно вращался вокруг собственной оси. Но теперь трещина рассекала прозрачный кристалл, и вдоль неё, будто капельки крови, краснели пятнышки, нарушая ровное свечение.

— Это… предупреждение, – ответил наставник. – Портал в Иномирье вновь открыт.

Замок и его окрестности дымились до зари. С неба лились потоки, гася огонь и пламенеющие угли. Ещё не один час белёсые пары окутывали замок. Налетели жифриты, привлечённые жаром и ярким светом – очень любопытные крошечные существа, похожие на искорки. Они толклись роями, несмотря на дождь, а потом улетали, унося в лапках угольки. В замке воцарилась недоуменная тишина. Все перемещались совершенно бесшумно. Обитатели замка были потрясены. И, возможно, боялись потревожить наступившее зловещее спокойствие. После недолгой растерянности они рьяно взялись за работу: гасили остатки пламени, убирали, мыли, чистили.

Если кто-то из работников поднял бы голову и посмотрел на юг, то заметил бы невдалеке, на холме, в тумане два силуэта. Высокий и поменьше. И спросил бы себя: что за бездельники сидят там и усом не ведут?

— Ты уверен, Арзель, что нас никто не заметил? – тревожился длинный.

И дрожал. Всё время дрожал.

Кот, который сидел рядом с ним, решил, что автоматон сломался или винтик потерял и поэтому трясся.

— Повторяю, Остан, нас никто не заметил. Ещё раз спросишь – и я превращу тебя в щепку, а потом сожгу.

Автоматон по-прежнему дрожал.

С вершины холма, где они сидели, открывался вид на замок и остатки пожарища в парке. У входа стоял Ксантос, полосатая мокрая шерсть блестела от дождя. Он расчищал завалы с помощью заклятий. Трилика час назад отнесли в мастерскую главы факультета механиматики, чтобы как следует изучить.

— Ты, похоже, доволен, – сказал автоматон, глядя на хозяина. – У тебя… счастливый вид? Да, счастливый…

Понять, счастлив ли Арзель, – задача не из лёгких. Чёрная маленькая мордочка с приплюснутым носом пряталась в густой шерсти, скрывая все эмоции, так что автоматон вечно ломал голову, угодил он хозяину или нет. Вздёрнутое ухо могло выражать радость, а могло и гнев. Остан постоянно ошибался.

— За небольшим исключением, всё шло по плану.

Чем довольнее был Остан, тем скрипучее становился у него голос.

— Исключение – это тот школяр, да? Из-за него твой план едва не провалился? – спросил автоматон, пристально глядя на кота.