Книга Слёзы Цернунна, страница 8 – Ален Т. Пюиссегюр

— Никак не пойму, зачем магистры ордена Благого Знания запретили вам рассказывать об этом под угрозой исключения, – тяжело вздохнула Сирения.

— Не магистры, а магистр, – с гневом поправила её Брайна. – Сколько вам повторять? Это гнусный очёсок Ксантос во всём виноват, блевотина вонючая! Вечно он строит козни и всем вредит!

Ковен попытался её успокоить.

— Во всяком случае, магистры поблагодарили нас и похвалили.

Пушнис, Зародыш Брайны, обычно зарывавшаяся в её шерсть, выглянула и мелодично защебетала. Она не любила ссоры и обрадовалась всеобщему примирению.

— И что с того? – огрызнулась Брайна.

Сперва магистры восстановили фасад замка, разрушенный Триликом, а потом пригласили в книгохранилище Ковена с Брайной и выразили им благодарность за неоценимую отвагу и блестящую победу над безумным автоматоном. Их подвиги не впечатлили одного только Говарда. Он не преминул хорошенько пропесочить школяров за безрассудство.

— Вы могли погибнуть! О чём вы только думали?

В присутствии Сирении и Лексиоса магистры ни разу не упомянули рукокрылое. А накануне и вовсе запретили Брайне и Ковену рассказывать о морском вампире кому-либо, пригрозив исключить из школы.

— Почему ты скрываешь от них правду? Не говоришь о таинственном голосе в Заоблачных Высях, что давал тебе наставления? – не отставала Сирения.

— Они опять решат, что я всё выдумал. Ксантос и в первый раз мне не поверил. С меня довольно!

Куда приятнее было делать вид, будто им с Брайной невероятно повезло, вернее, они нашли уязвимое место и обезвредили взбесившегося Трилика благодаря исключительной интуиции Ковена и его глубоким познаниям в механиматике.

— На твоё счастье, магистры охотно заглотили наживку. Ложь у них не вызвала подозрений.

— Это кто кому лжёт! – возмутилась Брайна. – Понять не могу, отчего все им верят и не задают вопросов? «В ночь Шамониоса пробуждается хаос, стихийные бедствия неизбежны!» Да, конечно, это хаос проснулся и всё спалил!

— Но они же не видели того, что открылось вам с Ковеном, – примирительно заметила Сирения. – Мы с Лексиосом тоже поверили бы в стихийные бедствия, если бы Ковен в начале первой четверти не рассказал нам, какого «гарвафа» встретил в коридоре. Если бы потом вы не поделились с нами случившимся в пещере кристалла.

— Сирения права, – сыграл на кантеле Лексиос. – Гости и хозяева на празднике видели только, как огромный автоматон потерял управление и давай всё крушить. Больше они ничего не могли заметить.

— Меня заставляют всех обманывать, а я это ненавижу! – прошипела Брайна.

— Признайся: ты хочешь сказать им правду, чтобы в замке началась паника и Ксантос засуетился. Просто ему назло, – поддразнил её Ковен.

— Вовсе нет! – обиделась Брайна.

Метис насмешливо распушил усы.

— Ладно, сдаюсь, ты отчасти прав, – признала ангорская кошка. – И всё-таки я не лукавила. Ненавижу врать своим товарищам! Ну да, не врать, а замалчивать правду. Всё равно, они вправе знать, какая опасность им угрожает!

Лексиос прервал их спор, сыграв минорный аккорд. Все умолкли.

— Как вы думаете, неужели магистры напуганы?

— «Гарваф» пожаловал из Иномирья, как тут не испугаться? – поддела его Сирения.

— Он был всего один и быстро покинул замок…

— Его появление не предвещает ничего хорошего. Я бы охотно спросила совета у родителей, коратов-астрологов, коратов-провидцев, но, боюсь, мне пришлось бы сказать им правду, и Брайну с Ковеном сейчас же исключили бы.