Онлайн книга «Слёзы Цернунна»
|
Лексиосу понравилась мелодия, и он стал им подыгрывать на своём кантеле. Никто не удивился, что совсем юный кот присоединился к оркестру. Общая радость – вот что главное на празднике Агоналий. — Как же он хорошо играет! – восхитилась Сирения. – Мы об этом совсем забыли, потому что с помощью кантеле он с нами разговаривал, а у него ведь такая особенная изящная манера игры. Бенгальский кот вовсе не стремился затмить других музыкантов своими искусными аккордами. Он умело влился в общую тему, прибавляя к ней ещё один голос. — Он умеет чувствовать и проникать в сердца слушателей, – прибавила Брайна. Ковен глядел на счастливую мордочку Лексиоса, и у него тоже потеплело на душе. Лексиос самозабвенно играл. Проект по механиматике, трудности в замке – всё отлетело далеко-далеко. Ковен ругал себя за то, что так и не нашёл минутки, чтобы поговорить с другом, который, увлечённо работая, потерял чувство меры. Но, если честно, он не знал, как с ним об этом заговорить. Брайне он сам доверился сразу и даже слушался её, хоть и не всегда. Но выступить в роли старшего друга для Лексиоса, поучать его и наставлять казалось смешным и диким. «Ты, как обычно, слишком много думаешь о себе», –шепнул ему Черномордик. «Посмотрел бы я, как ты поучаешь Драка!» «Ты думаешь, что Зародыши вообще не общаются?» Ковен перестал слушать музыкантов и, поражённый, уставился на Черномордика. «А ты не рассказываешь им… чего-нибудь слишком личного? Ты же… Ты обитаешь у меня в голове!» «Не говори глупостей. Мы общаемся совсем по-другому. Мы чувствуем состояние других Зародышей и состояние наших хозяев. Состояние – оно вокруг нас будто аура, его трудно утаить». «Будто аура?» –снова удивился Ковен. «У тебя потеют подушечки лап, когда ты волнуешься, и у меня тогда сразу меняется аура, мой собрат может это почувствовать». У Ковена от напряжённого мыслительного процесса буквально, как сыр на сковородке, плавились мозги. «Скажи, о чём говорит аура Драка?» –спросил он. «Сейчас сияет и искрится, потому что Лексиос счастлив. Воздух вокруг него так и вьётся. А обычно она довольно мрачная и напряжённая». «А аура Ризу?» –продолжал расспрашивать Ковен. «Бывает по-разному. Сирения в последнее время крайне озабочена, так что аура Ризу вся в тучках тёмно-фиолетового цвета. Сейчас она радостная, но всё же ощущается тревога». «Тревога?» –удивился Ковен. «Из-за Агоналий и энергии хаоса. Должно быть, Сирения боится, что её снова призовут к себе Заоблачные Выси». Ковен с сочувствием посмотрел на бельчонка, который провожал голодным взглядом каждую набитую сумку, что проплывала мимо него. «О Пушнис меня даже не спрашивай, –сказал Черномордик.– Я вообще с трудом различаю её ауру, уж слишком она застенчивая». «А что ещё ты можешь о них сказать?» «Ничего не могу, не знаю…» Школяры продолжили свой путь. Они добрались уже до верхнего уровня города и продолжали подниматься вверх. — Мы что, должны забраться на самую вершину? – спросил Алессандр. — Да, – подтвердила Иллена. – Праздник, на который нас пригласил архонт Зозим, будет в квартале оккультных знаний. В этой части города на каждом шагу веяло колдовством, и школяры подпрыгивали от восторга. Кошки и коты буквально из кожи вон лезли, чтобы придумать что-то необыкновенное, волшебное. То в небе летел огненный дракон, запущенный лесным котом, то два кёрла жонглировали серебряными кометами, устроив в небе настоящее представление. Чуть подальше тигр создавал чудесные скульптуры изо льда. Школяры замерли с открытыми ртами, когда один сфинкс цвета слоновой кости с перламутровым отливом создал из снежинок настоящее цунами, и оно понеслось по улице, щекоча прохожих разноцветными искорками. Ковен несколько раз облизывал бока, надеясь утихомирить чешуйки. А когда поднял голову вверх, то увидел в небе гигантскую золотую астролябию, на которую залюбовался ещё на борту «Стремительного». |