Книга Бремя сильных, страница 128 – Андрей Рымин

Дружинник ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. Наконец, продышавшись и обдумав дальнейший рассказ, Джейк продолжил:

— Мы к разлому вели больше тысячи душ. Фрай чуть меньше. Регуляров опять же пять сотен. Знаешь, сколько вернулось? — Воин на полушаге застыл, повернув лицо к Мине. — Семнадцать десятков! Остальные мертвы. Нас смели, как горох со стола! Опрокинули, растоптали, размазали по земле и сожрали останки! Шансов не было вовсе. Драгомир тоже там упокоился — мир его духу.

Солдат вытер пот, проступивший на лбу, и опять зашагал, продолжая рассказывать.

— Возле южных ворот всех, кто может сражаться, сейчас собирает Советник. Туда и идем. По-хорошему Фред бы должен командовать, но Жерар понимает, что новый барон не потянет. Лэнге — умный мужик. Монк, спасибо ему, примирился с главенством законника и не спорит. В общем, к обороне готовимся. Только людей не хватает — потому и вас выпустили.

— Да… Поганы дела у вас нынче, — протянул Валай хмуро.

— Не у них, а у нас, — быстро поправила парня охотница. — Ты никак не поймешь, дурачина, что теперь мы одну шкуру делим. Беды местных такие же наши, как и в обратку смотреть.

— Почему ж так легко вас побили? — обратился к солдату Ралат. — Раз в разломе их встретили, значит знали заранее, что на север идут. Подготовились, стало быть. Да и силой такой… Как же так?

— С подготовкой не очень-то вышло, — признался дружинник. — Еле-еле успели к началу прохода дойти — не в лесу же встречать. Драгомир-то еще после первого боя выслал к югу разведчиков — следить за тем краем. Ждать, как видишь, недолго пришлось. Так уж вышло, что первый гонец к нам примчал аккурат в тот же день, что и шелгардцы прибыли. Двое суток мы город трясли на людей в добровольцы…

Заметив, что дикари смотрят на него с непониманием, воин решил пояснить:

— Это так говорят, уж не знаю, когда повелось. Кто ж по собственной воле пойдет на войну? Да причем не с людьми, а с драконами. Ясный хрен, что тащили силком. Так всегда и бывает.

— А, понятно, — подтвердил за всех Майно. А солдат уже вновь говорил:

— Утром третьего дня наконец заявились армейские. Пехом все, но при пиках и даже баллист прикатили десяток-другой: знали с кем биться топают. Отдохнуть у служивых не получилось: милорд тут же выход скомандовал. Шли мы ходко, не то что с вами тогда, только вот все равно слишком медленно. Стоило нам в разлом повернуть, как навстречу отряд Драгомира. Отступают — понятно. Пыль столбом вслед за ними стоит. Пригляделись — и волосы дыбом: недалече течет по разлому орда. Растянулись чужинцы от края до края: плотно прут, аж земли не видать. Не для трусов, скажу я вам, зрелище. А что делать? Пришлось прямо с марша вставать в оборону.

Кое-как перекрыли мы выход, расставились вроде с умом: конных с флангов, пехоту по центру. Кузнецы нам заранее наковали здоровенных копейных наверший — на жердины крепить. Так что пики имелись у нас преогромные. И длиной, и обхватом как раз на драконов. Аж по трое держали… И что?

Джейк замолк, на какое-то время вернувшись в неприятные воспоминания. Охотники, шагавшие по бокам от солдата, с нетерпением ждали, когда тот продолжит рассказ, не решаясь его торопить.

— Не успели драконы приблизиться, как народ побежал, — не стал долго мучить солдат своих слушателей. — Не армейцы, конечно — те честно стояли. И даже свалили здоровых с пяток, как я видел. Только толку с того, когда ополченцы весь строй поломали, и твари спокойно зашли к регулярам в бока. Впрочем, даже не в этом все дело. Я вам вот что скажу: ни пики, ни стрелы, ни даже снаряды баллист не в силах замедлить орду в чистом поле. Остановить — нет и речи. Зарбаговы чудища словно не ведают страха. Несутся на сталь, будто гонят огнем, а черные нелюди сзади: сидят на рогатых и смотрят. Трусливые гады! Поганцев достать невозможно. Зверьем прикрываются грамотно. Мы сунулись было, но тщетно. Тогда-то милорд и погиб.