Книга Выбор мудрых, страница 102 – Андрей Рымин

* * *

— Не смей помирать, – шептал чей-то знакомый голос. – Я уже один раз тебя бросил. Теперь хрен им!

Арил захотел открыть глаза, но почему-то не смог этого сделать. Словно забыл, как это – двигать чем-либо. Даже веками. Он не ощущал, ни рук, ни ног, ни пальцев на них. Только холод. Невероятный холод, сковавший все его существо. И свет. Яркий противный свет, что слепил его, не способного даже зажмуриться.

— Терпи, брат-Лис. Ну пожалуйста!

Рука говорившего держала его за волосы. Они как будто бы плыли куда-то. Рывок, еще один и еще. Ноги встретили что-то твердое и поволоклись по нему. Арила перехватили под мышки. Холод накинулся с новой силой, в ушах засвистело. Ветер! Откуда под землей ветер?

Лис все вспомнил! Так это же Трой его волочет. Они что – нашли берег? Трава! Колкие стебельки зашуршали по телу.

Выбрались! Они выбрались! Арил распахнул глаза.

Небо, солнце, помятое, но счастливое лицо Троя… И мир снова померк.

— Гвар, это ты?

Услышав шуршание каменной крошки, Кабаз выглянул из-за обломка скалы, за которым прятался. Рассветом пока и не пахло, но очертания знакомой фигуры разглядеть на фоне светлого щебня было не сложно и ночью. Охотник опустил лук – другому одинокому чернюку здесь было взяться неоткуда.

— Жда, Дрружг. Моя иждти.

Нелюдь подошел ближе, и стало заметно, что на спине он тащит какого-то зверя.

— Ежда, – сообщил Гвар, скидывая ношу на землю, или вернее на каменное крошево, что здесь её заменяло.

Пятый день они уже топают по этим скалистым холмам, а Кабаз так и не свыкся с мыслью, что в Бездне на камень можно наткнуться в любом, пусть и невероятно далеком от Мировой стены месте. Хотя, может, её тут и нет вовсе. Его новый друг пока не настолько хорошо освоил людской язык, чтобы из праздного любопытства пытаться спрашивать его о таких сложных вещах. В простом научились друг друга понимать, и то радость. Сначала-то у них с этим настоящая беда была. Чернюк ему что-то рычит, Кабаз в ответ рожи корчит и машет руками. Слава Яраду, Кабан быстро смекнул, что демон лучше его знает, куда им идти и что делать. Раз сунулся в эту историю, придется довериться оскопленному нелюдю. И он доверился.

В тот, невероятно далекий день их знакомства – а прошло по ощущениям Кабаза уже больше месяца – чернюк первым делом принялся рыскать по лесу в поисках, как потом выяснилось, одной дюже-вонючей травки. Если такой побольше нарвать и побросать в воду, вся живность в реке разбегается в разные стороны. Так они и переправились на тот берег. Вплавь. Потом еще трижды тем же способом перебирались через небольшие речушки. Спасибо богам, других препятствий на их пути не встречалось. Только бесконечный, пропитанный влагой лес, и нынешняя каменистая пустошь, куда они вышли на днях.

Хотя природные преграды, как и всяческое зубастое зверье, коим кишила округа, Кабаза волновали мало. Больше страшила погоня. Но нет – даже признаков таковой им ни разу не встретилось. Ни рычания гигантов вдали, ни тяжелой поступи рогачей за спиной, ни шипения длиннохвостов. Чернюки как будто забросили ловлю своего «подрезанного» собрата, который, наверное, еще тех дел натворил, раз его тогда гнали аж трое охотников. Если бы не спешка Гвара, мчавшегося по лесу первые дни почти без остановок, Кабан бы так и решил – отвязались. Ан нет – чуть ли не до самых каменистых холмов преследовали. О том, когда они более менее «разговорились», ему и поведал нелюдь.