Книга Тайны древних, страница 105 – Андрей Рымин

Яр просто диву давался, как быстро Юлиан с Эльриком смогли уговорить церковь пойти на уступки. Хотя, если вспомнить, что сам патриарх состоит в ордене Знающих… В общем, не его ума эти дела северян. А вот Аники речь заставила расчувствоваться по-настоящему.

Советница императора упор делала на отражение нашествия демонов, к которому все здесь присутствующие непосредственно приложили руку, за что им вечная слава. Дыра в Бездну, откуда и лезли твари, запечатана. В руках людей отныне и навсегда сила богов, что в своей милости не позволили ордам Зарбага захватить средний мир. А всему началом на этом нелегком пути к великой победе стал союз востока с Империей. Аника долго и красочно благодарила храбрых воинов всех причастных к триумфу сегодняшнего дня народов, упомянув в конце даже смелое племя южан, первыми встретивших орду демонов.

После такого Яр сразу простил белокурой ораторше все былое. Для него ведь слова заготовила. Не для Мины же с Волком. Вот закончится этот шумный, полный встреч, разговоров и суеты день, и он с ней поболтает о важном. По-настоящему важном. О его чувствах к ней. Вот прямо завтра с утра все и скажет. Дальше тянуть нельзя. Скоро Аника, что уже было озвучено, отошлет их с Монком обратно в Империю, а он так и не открылся ей в своих чувствах.

Уезжать не хотелось. И дело здесь было не только в расставании с Вечной. С одной стороны, Яр хотел побыстрее воссоединиться с Племенем, а с другой – покидать стену, не проверив лично, как она справится с весенним приходом чернюков, было боязно. Пробить-то им такой забор не по силам, но вдруг перелезть изловчатся, несмотря на все ухищрения, что подготовили головастые инженеры.

Но кого он обманывает? Сильнее всего его гложет не первое, не второе, не третье. Отдать меч Ярада, к которому так привык – вот что самое страшное. Аника уже просила сегодня, но вышло день выторговать. Сказал, что ступени подровнять еще нужно. Но завтра чудо-оружие придется отдать, и нечего тут не сделаешь. Пусть меч с питающим его Звездным камнем и принесли его люди, а раз клялся в верности императору, то слово свое держи. В военное время его рука, как ничья другая, подошла под заветную рукоять, но теперь пришел мир, и нужда в его услугах отпала.

Одолеваемый этими горькими мыслями, он и притопал к стене, когда с наступлением вечера веселье стало стихать и пировавший всю вторую половину дня, как и простые солдаты, штаб армии начал расходиться по палаткам. Поднимаясь наверх, махнул мечом пару раз для пущей убедительности, но ступени и так были ровными. Пусть Аника, если смотрит, видит, что не соврал.

Ветер, холод, свет звезд в вышине – что может быть лучше для успокоения? Про мальчишек, отправленных мерзнуть на вершину гряды, он забыл, о чем понял, только когда его тихо позвали.

— Мудрейший.

— Трой, ты? Ой, прости, вы, наверное, там уже совсем околели. Скоро ночь. Лиса где потерял? Как поднялся? С часовыми проблем не возникло?

Тигр хмыкнул.

— Я мышью. В тени притаился, когда они люльку спускали. Потом прилип снизу. Едва не упал, пока эти олухи ни шатко ни валко ее обратно тянули. Повисел под настилом чуток, дожидаясь, когда они уйдут греться, и вот я здесь.

— То есть тебя никто не видел?

— Именно, – улыбнулся безухий. – Для того темноты и ждал. Мы-то с Лисом сразу смекнули, что с дозором тем дело не чисто. Нельзя было себя выдавать.