Книга Элеонора Августа, страница 67 – Борис Конофальский

Но вот что удивляло: к нему до сих пор не приходил никто из горожан. То ли беспечны, то ли глупы, то ли заносчивы.

Кавалер послал в город господ Румениге, Хенрика и десяток своих гвардейцев найти бургомистра или кто у них там старший будет. В это время Гюнтер нагрел принесенную из реки ледяную воду, и генерал принял ванну. Он сидел на солнышке в теплой воде, со стаканом вина в руке и тарелкой сыра, что стояла рядом, на маленьком столике, когда к нему приволокли старика с разбитым лицом.

— Это кто его? – спросил кавалер.

— Уж извините, генерал, то я не сдержался, – отвечал Хенрик. – Нестерпим был старый дурак, в лае своем неуемен.

— Насилу удержал его, – негромко сказал сержант Франк, подходя ближе к генералу. – Старик глуп и зол, а господа стали яриться от этого.

Волкову понравилось, что грубый и скорый на расправу сержант на сей раз выступил примирителем.

— Ты молодец. Правильно сделал. – Кавалер поверх стакана посмотрел на старика и спросил его: – Так за что же вас избили, горожанин?

— За то, что сказал правду этим псам, – высокомерно отвечал старый человек разбитыми губами.

— И в чем же твоя правда, старик? – Волков стал злиться на горожанина за то, что тот начал разговор с ругани. Так не пристало вести дела.

— В том, что вы псы поганые и смрадные, а ты из всех псов самый смрадный, – стал говорить брань старик и продолжал, в каждое слово вкладывая свою ненависть и кривясь в презрении: – Рыцарь Божий! Смрадный пес сатаны, цепной пес пса-папы, вот ты кто.

— А он правда бургомистр? – спросил кавалер у Хенрика на сей раз уже спокойнее, кавалер уже знал, что будет делать, а когда он это понимал, так и злиться переставал.

— Так нам сказали, – отвечал молодой господин.

— Плохой из тебя бургомистр, старый ты дурак, – говорил старику кавалер, – за дерзость твою сожгу я город, что тебе доверился. От большого ли ума ты свой лай затеял?

— Сожги, демон папский, то во власти твоей! – гордо отвечал бургомистр. – Мы новый отстроим, ибо с нами Господь, а не с тобой.

— Да-да, слышал я от вас, еретиков, уже это. – Волков махнул рукой. – Только вот Господь пока мне победы дарует, а не вам.

— Раньше, во все века, мы вас били и впредь станем, не бывать дьяволу поверх праведных! Я сам, пока в силах был, вас, свиней, резал, и на юге, и в других землях. И впредь мы будем вас бить.

Волков чуть из ванны после таких слов не выскочил.

— Нет, более не будете. Ибо косны вы и глупы. Не видите, что не в силах вы более. Бил я вас и бить буду, потому что время ваше проходит. Дальше будут в поле пушки царствовать, мушкеты, а не ваши баталии, не пики и не алебарды. Но то для вас секрет, и об этом секрете ты, еретик, никому ничего не расскажешь, так как сдохнешь сегодня. Сержант! Найди охотников, пусть повесят старого ублюдка. Обещай за это талер.

— Я сам его вздерну, господин, – отвечал сержант Франк.

Он схватил старика за худую шею, поволок прочь, а Волков его остановил:

— Стой, сержант!

Сержант Франк остановился.

— Ты этого уже не увидишь, старый дурак, но город твой сегодня сгорит, имущество ваше разграбят, а все ваши бабы будут, к радости моих людей, взяты, и не раз, помирай с мыслью об этом, бургомистр.

Старик что-то хотел крикнуть ему в ответ, но сержант Франк тяжеленной рукой старого солдата врезал ему так, что у того и зубы вон. И приговаривал при том: