Книга Инквизитор Божьим промыслом книга 15 Чернила и перья, страница 28 – Борис Конофальский

— А вы и понимать в нём не будете. Вам его, скорее всего, никогда и не дадут в руки, не покажут даже. Сошлются на женское скудоумие. Дескать, не женское это дело — цифры считать.

— Вот и я про то вам говорю, — продолжает маркграфиня. — Не смыслят женщины в цифрах.

— Как правило, — соглашается с ней генерал; он отщипывает себе кусочек хлеба от красивого каравая и опять вспоминает госпожу Ланге, — но у меня есть знакомая дама, которой епископ Малена хочет доверить казну на строительство нового храма, потому что она казну не разворует и считает не хуже вашего казначея, — и пока маркграфиня удивляется, он продолжает: — И жених ваш по молодости лет тоже не сможет понять в казначейских бумагах ничего, но с ним люди приедут опытные, они-то разберутся. Хотя и не сразу. Но разберутся, разберутся во всём. Может, поэтому ваш канцлер и хочет выдать вас замуж за местного. Местный ничего ворошить не будет. С ним они договорятся.

— Им и договариваться не придётся, — уверенно заявляет принцесса, подтверждая догадки генерала о местном женихе. И с вздохом продолжает: — Значит, завтра с утра надобно звать к себе казначея Амциллера и просить у него пять тысяч талеров.

— На новый гардероб для вас и ваших… ну, к примеру… на новые одежды для лакеев в цветах дома Винцлау, для вашего выезда. Вам самой нужно бы иметь новые платья к торжеству. Платья, рубахи, шляпки, чулки, шубы… Всё, что нужно женщине. И на это нужны деньги, а может быть, ещё и карету новую придётся прикупить, шестёрку лошадей отменных…. Не на меринах же вам ехать к алтарю. В общем, денег нужно много, но скажите ему, что для начала пусть приготовит пять тысяч.

— Хорошо, — она снова вздыхает, как будто уже готовится к нелёгкому разговору. — Потребую из казны денег.

— Но это ещё не всё, — вдруг говорит ей генерал и смеётся, видя, как меняется лицо женщины от такой вести: не всё? Это ещё не всё? А что же ещё надобно мне сделать?

— Не забудьте завтра же вызвать кастеляна, пусть принесёт вам опись ваших драгоценностей, и потом — обязательно потребуйте, чтобы он начал розыск вашего платья и что там ещё у вас пропало, пусть учинит розыск обязательно.

— Приказать разыскать платье? — чуть растерянно переспросила маркграфиня.

— Конечно! — воскликнул генерал. — У вас в доме воры, берут ваше, да потом ещё отпираться смеют, в глаза вам глядя. То уже не просто воровство, а неуважение. Хамство! А допускать от холопа открытое хамство — глупость, верная погибель.

— Хорошо, я попрошу кастеляна учинить розыск, — соглашается Её Высочество.

— Нет, не просите, а требуйте. Настаивайте на том твёрдо. Не ругайтесь, не кричите, а просто требуйте найти либо платье, либо вора. А иначе… — он был на сей раз серьёзен. — Иначе пообещайте ему отставки неминуемой.

— Отставки? — она снова сомневалась. — Уж не знаю, граф его нанимал, это какой-то родственник его, что ли, решит ли он его выгнать… Уж не знаю.

— Обещайте ему отставку непременно. А уж будет ли за него ваш граф Вергель хлопотать, ещё посмотрим.

— Да? — она снова собирается с духом. И кивает потом головой.

— Да, да, — подбадривает её генерал. Берёт с блюда сам, без лакея, еще кусок вырезки, кладёт его себе в тарелку. Добавляет соуса. Признаться, проголодался опять: ужин-то длится всё и длится. Отламывает кусок от целого каравая, и вдруг снова ввергает её в изумление и в испуг следующей фразой: — А ещё, позовите к себе и прокурора вашего.