Книга Во сне и наяву, страница 63 – Борис Конофальский

А старик, так до конца и не спустившись с кучи битого кирпича, вдруг остановился, выпрямился и поднял большую уродливую голову с маленькими глазками и огромными серыми губищами.

Девочка, пробегая мимо, видела его колючий неприязненный взгляд. Видела, как открывается серый бездонный рот, похожий на раструб громкоговорителя. И когда она уже собиралась отвернуться, чтобы следить за дорогой перед собой, старикан звучно рыгнул на всю улицу. Фу. Света все отчетливо, в мелочах. Хоть она и привыкла к местным запахам и видам, но это зрелище ее покоробило. Как только дед рыгнул, из его пасти появились… Мухи? Фу, блин… Мухи, огромные, жирные, откормленные. Даже не мухи, скорее цикады с красными глазами. Такие же мерзкие… но все-таки… мухи, просто очень большие. Светлана таких уже видела тут. И сразу пара этих мух сорвались с мокрых губ старика и с гулким тяжелым жужжанием понеслись к девочке.

Мамочки! Хорошо, что она не отвела взгляда от старика, когда он рыгал. Скорость на максимум! Она даже мысли не хотела допустить, что какая-то из этих жирных жужжащих тварей прикоснется к ней. А мухи-цикады именно это и собирались сделать, гудели в жарком воздухе своими крылышками, неслись к ней. А старик еще раз звучно рыгнул, потом еще. Света все слышала и знала, что каждый подобный звук добавляет ей вслед еще несколько мерзких насекомых. Она быстро обернулась. Одно движение головы. Несколько? Да за ней летел уже десяток, а то и больше, тошнотных созданий. В лучах жаркого солнца этих толстух отлично было видно. А уже по дороге, на удивление быстро, на своих длинных костяшках ковылял за ней повелитель мух, муходед, и еще успевал размахивать костылем-костью, словно подгонял своих питомцев, мол, давайте, давайте, поднажмите, догоните ее. Догоните! Пасть разинута, глаза злые, с азартом.

Жужжание. Она слышала его, несмотря на топот своих ботинок. Какой же отвратный звук, девочка раньше и не понимала, насколько неприятным бывает гудение летящей стаи мух.

— Света, вкладывайся, вкладывайся, – кричала Светлане ее тренер Татьяна Станиславовна, стоя за круг до финиша с секундомером в руке. – Давай, давай…

Вот сейчас был как раз такой момент, она уже не думала, громко ли стучат ее разноцветные ботинки по асфальту. Уже плевать. Главное – удержать спадающие штаны и выдать при этом максимальную скорость. Вот она и вкладывалась. Выдала хороший отрезок, настолько хороший, что большинство отвратных насекомых отстали, видно, потеряли ее, и до девочки добрались всего две мухи. Скорее всего те, что вылетели из пасти муходеда первыми. Ту, что села на майку сзади, рядом с лямкой рюкзака, на плечо, она почувствовала и сразу, не останавливаясь, стряхнула рукой, чуть раздавив ее, а вот вторую согнать не успела. Эта тварь плюхнулась ей прямо на шею, залетела под волосы и сразу как иглой проколола кожу. О, как это было больно, боль электричеством пронзила ей шею до правой руки, она едва не остановилась. Девочка выгнулась, но все-таки не закричала и продолжила бег. И бежала еще достаточно долго, перешла на шаг и восстановила дыхание, когда ни мух, ни деда уже не было видно. Шея, как ни странно, не болела, она, все еще оглядываясь, быстро шла мимо церкви к улице Гастелло. Ей не давала покоя мысль: вдруг эта муха ядовита или заразная? Светлана нащупала укус, маленький бугорок, и стала пальцами сдавливать его, пытаясь хоть что-то выдавить. Она уже видела свое убежище, шла к нему, и ей хотелось заплакать: жалела, что не убила эту муху. Хоть какое-то облечение было бы.