Книга Во сне и наяву, страница 118 – Борис Конофальский

— Спасибо, – зачем-то сказала девочка. Впрочем, она была рада тому, что смогла помочь Лю. Но эта радость не сильно улучшила настроение. – Лю, так мы пойдем сегодня?

— Конечно, мы можем выходить, как только вы посчитаете, что готовы. Я думаю, что лучше то место, которое вы назвали парк Победы, обойти не с запада, со стороны магистрали, где много опасных существ, а с востока. Там тоже магистраль, но, кроме медуз, я ничего опасного там не видел.

Света сразу полезла в рюкзак, выбросить лишнее. Ну а что могло быть лишним? Пустые бутылки из-под напитков. Ну, они большого веса не дают. Все остальное, включая перчатки из толстой резины, могло пригодиться. Особенно последняя, распухшая от тряски и жары, твердая от внутреннего давления бутылка фанты. Света застегнула рюкзак, спрятав заветный узелок с монетами в отдельный карман.

— Лю, а мы еще сюда вернемся? – спросила она.

— Мое пребывание в Истоке теперь навсегда связано с этой точкой, – сказал Любопытный. – А на ваш счет я ответить затрудняюсь, может, в этом убежище отпадет необходимость. Может так случиться, что вы будете с каждым днем уходить все дальше и дальше на север. В таком случае какой смысл в возвращении?

Да, никакого смысла. Девочка закинула на плечи рюкзак, взяла палку, огляделась напоследок. И пошла к двери.

Девочка вышла и, чтобы не проходить рядом с растерзанными останками, аккуратно ставя ноги, пошла по серебру лужайки к проспекту Гагарина. По всей лужайке были кочки, Света пыталась их обходить, она вспоминала торчащие белые ребра какого-то существа, которые видела уже на этом красивом мхе. Лю начал рассказывать про дорогу, по которой им придется идти мимо парка Победы, как вдруг в сантиметрах от левого уха что-то прошелестело, пролетев немного вперед, ударилось в землю, вырвав кусок мха, и покатилось дальше. Светлана вздрогнула и остановилась.

— Лю, а это что?

Она не могла рассмотреть укатившийся предмет. А Любопытный с присущей ему невозмутимостью объяснил:

— Это здешний суприм, вы зовете его Аглая, он бросает в вас предметы.

— Что? – спросила Светлана, обернулась… и получила страшный удар. Камень величиной с немаленькое яблоко ударил ее точно в грудину, так ударил, что запершило в горле, а на глазах навернулись слезы, Света едва удержалась, чтобы не упасть. Еле успела вспомнить, что она стоит на лужайке мха, что тут лучше не падать.

— Вам нужно двигаться, Светлана-Света, – посоветовал Любопытный. – Так вы уменьшите вероятность попадания в вас следующего предмета.

Она слышала его как издалека, голова кружилась, от слез ничего не видно, но она нашла в себе силы и, развернувшись, пошла. А тут еще один камень пролетел рядом с головой.

— Используйте свое средство для переноски вещей, чтобы прикрыть верхнюю часть вашего тела.

«А, он предлагает укрыть голову рюкзаком?»

Нет, сейчас это было невозможно, но голову Светлана пригнула, прикрыла затылок левой рукой и ускорила шаг. Еще один камень догнал девочку, когда она, уже почти отдышавшись, добралась до края поляны. На излете или с отскока камень ударил ее в правую икру. Ерунда. Светлана добралась до нормального грунта. Мох закончился. Только тут она остановилась и обернулась назад. И на том краю поляны увидела ее. Аглая стояла, одну руку упирая в бок, а во второй держа камень. Она встала так, что повешенные на заборе тела были как раз за ней. Плечи у Аглаи были широки, как у мужчины. Руки, ноги, пресс – все как у спортивного мужика, грудь висящая и маленькая, лобок и часть бедер заросли густой черной растительностью. Она смотрела на девочку неотрывно и пристально. И на сей раз ее взгляд был не безумным, а вполне осмысленным. Черные волосы немыты, растрепанны, а под ними – жгучие от ненависти глаза. Ужасная, ужасная мужебаба. Даже смотреть на нее было страшно. Хотелось уйти побыстрее. Тем более что Лю в своем стиле необыкновенного хладнокровия заметил: