Книга Охотник, страница 106 – Борис Конофальский

— Это улица Фрунзе. Там мало развалин, дома крепкие, там почти безопасно, – согласилась Светлана. Она, правда, не стала говорить подругам, что именно у тех крепких домов, в окнах которых кое-где еще сохранились стекла, она первый раз повстречалась с сумасшедшей бабой по имени Аглая. Зачем им об этом знать?

— Ой-ой! – закричала Анна-Луиза. – Глядите, она… Он идет к нам!

Светлана и Сильвия напряглись, глядя в ту сторону, в которую указывала Анна. Света даже подняла палку, но потом опустила.

— Это марабу, он идет не к нам, а от нас.

— Фу, какой противный, – сморщилась подруга.

Света так не думала, она считала, что тут, в Истоках, есть существа намного более неприятные, чем простой марабу, издали похожий на старый деревянный столб.

Руки, вернее ладошки, эти мерзкие несуразно-маленькие ладошки, которые вырастали из длинных острых рук-костылей, болтались как неживые. Ладошки были похожи на недоразвитые ручки огромного динозавра с большой головой. Когда она повернула за угол целого дома и вышла на улицу Фрунзе, муходед оказался всего в двадцати шагах. Он стоял, опираясь на свои острые руки-костыли, как раз лицом к девочке. Нет, это и лицом-то нельзя было назвать. Рыло. Тупое, почти безносое, с маленькими глазами и, как выяснилось, с огромной, глубокой черной пастью, переходящей в небритое горло с острым кадыком. Глазки были маленькие, но Светлану заметили сразу, он дернулся и, переставляя костыли-руки, развернулся к девочке, встал поудобнее и разинул свою пасть.

— Стойте! – крикнула Светлана и даже выставила руку с палкой в сторону, как барьер. – Назад!

Анна-Луиза, что шла сразу за ней, не остановилась и почти налетела на нее. А вот Сильвия сразу поняла и кинулась обратно за угол дома.

— Назад! – Светлана развернулась и стала толкать Анну-Луизу к углу дома. Сама при этом натягивала капюшон и прятала руки в рукава куртки.

Муходед уже разинул пасть и достаточно быстро на своих острых, страшных костылях ковылял к ней; огромный, жидкий, полупрозрачный горб за его спиной колыхался при каждом шаге, а из черного нутра на серые губы уже выползали еще мокрые мухи.

Света свернула за угол и, толкая вперед нерасторопную Анну-Луизу, побежала от этого места.

— Беги, беги, Аня!

Анна-Луиза лишь теперь по-настоящему побежала вслед за мчавшейся впереди Сильвией. Быстро… Для пьющей и курящей, принимающей мет и имеющий лишний вес девушки, может быть, это и было быстро, но для огромных мух…

Света подумала, что ее куртка с капюшоном и джинсы защитят от укусов, а вот старенькая пижамка с Микки-Маусами, в которую одета новая подруга… Бог его знает! Поэтому Светлана и бежала сзади Анны-Луизы, не обгоняя ее, чтобы первые долетевшие до них мухи садились именно на нее.

И мухи на нее садились, она даже слышала, как одно из этих мерзких насекомых шлепнулось на капюшон.

— Давай, Аня, давай, – подгоняла она подругу.

Еще и еще… Мухи плюхались на ее куртку одна за другой.

Света даже представила, как они деловито ползают по ее капюшону, по спине, выискивая место, куда можно укусить.

Светлана обернулась всего на секунду: где там этот дед? А дед очень даже проворно ковылял за ними на руках-костылях и маленьких ногах, ковылял, не закрывая черной норы своей огромной пасти, откуда вылетали и вылетали новые мухи. И конечно же, они не удовлетворялись крепкой тканью куртки Светланы, первая муха села и на спину, на пижаму Анны. Девочка смахнула тварь на землю.