Книга Буратино. Правда и вымысел…, страница 19 – Борис Конофальский

Но Карло сделал этот роскошный нос не для красоты, и предназначение он имел весьма утилитарное. Представьте себе, протекает очередной воспитательный момент, и папаша то ли спьяну, то ли от плохого настроения хочет врезать пару раз своему деревянному оболтусу, а всем известно, что дети чрезвычайно вертлявы на этот счёт и в такие моменты держать их надо особенно крепко. И за что же, спрашивается, его держать, если уши круглые и плоские, а волос на башке — кот наплакал. Вот тут-то нос и пригодится: если уж за него схватишься, то не вывернется даже самый вертлявый мальчишка. В общем, ребёнок получился — загляденье, да и только. И когда, налюбовавшись им, новоиспечённый папаша отошел к каминной полке, чтобы сделать очередной глоток, то совсем рядом, за своей спиной, он услышал скрипучий и высокий голос:

— И мне дай попить.

Карло чуть не выронил бутылку из рук от неожиданности. Он схватился за сердце и опустил глаза к полу. Перед ним стоял его деревянный сын, весело задрав длинный нос кверху, и таращил свои глаза на Карло. А ещё он тянул свою ручонку к отцу, явно требуя вина, и продолжал гнусавить:

— Ты что, не слышал? Дай мне попить и побыстрее.

— Побыстрее, говоришь? — произнёс папаша тоном, который ничего хорошего сынку не предвещал. — Ладно, не думал, что это будет так быстро.

С этими словами он схватил сына в первый раз и начал отвешивать ему увесистые пинки.

— Ой-ой, за что? — завизжал мальчишка, получая первый пинок. — Что я такого сделал? Я просто хотел попить.

— Ты меня напугал, — объяснял Карло, давая ему второй пинок деревяшкой.

— Ой, как мне больно, осторожнее вы пинайтесь своими ножищами.

— Никогда не смей ко мне подкрадываться сзади, запомнил? — очередной удар сотряс тело ребёнка.

— Запомнил, запомнил, простите меня.

— Никогда не говори мне «побыстрее» и ничего от меня не требуй. Запомнил?

— Запомнил. Да, да. Я всё понял и запомнил. Больше такого не будет, простите.

— А вот тебе ещё один пинок, чтобы ты понял, что жизнь наша полное дерьмо, — произнёс Карло и наконец отпустил нос мальчишки, — а теперь повтори, что тебе надо было запомнить?

— Значит так, — отвечал ребёнок, — вас нельзя пугать, нельзя от вас ничего требовать и что ваша жизнь — полное дерьмо.

— Молодец, — сурово сказал отец, — хороший парень. Только жизнь у нас дерьмовая у обоих. Такая наша планида, чтобы ей пусто было.

— А не скажет ли мне досточтимый синьор, — начал мальчик, — можно ли в следующий раз отделить процесс обучения от пинков, я — ребёнок талантливый, и могу усваивать информацию без подобных педагогических приёмов.

— Без пинков нельзя, — сухо сказал отец, — пинки улучшают память.

— А можно ли мне давать кому-нибудь пинки, если хочется?

— Конечно, только нужно знать, кому можно давать, а кому нет. Нельзя давать пинки тому, кто сильнее, и тому, кто главнее. Остальное лупи почём зря, чтобы уважали. Уважение — основа жизни.

— А как же различать всех этих людей? Как мне отличить, кто сильнее, а кто главнее? На них же не написано.

— Ну тот, кто больше тебя, тот и сильнее. А кто главнее, — тут папаша задумался, и пришёл к выводу, что так просто это не объяснишь, — чтобы научиться различать, кто главнее, а кто нет, нужно учиться в школе.

— И я тоже буду учиться в школе? — спросил мальчик.