Книга Бездушиш, страница 115 – Андрей Рымин

— Знать обычно не сильна в честной драке на голых руках, — задумчиво произнёс брюнет. — Вам ближе вычурные па с железяками. Вы называете такие танцы фехтованием. Мне будет скучно тебя избивать кулаками. Пусть будут мечи.

— Я готов преподать тебе урок и без них.

Образ принца обязывает к подобным речам.

— Благородные, — фыркнул брюнет. — Не бойся, мечи деревянные. Убивать нам друг друга никто не позволит. Но, если я случайно попал в твою слабость, то ладно уж — сам выбирай.

— Слабость? — пришёл мой черёд фыркать. — Я просто хотел уравнять наши шансы. С мечами у тебя их немного. Меня учили фехтовать настоящие мастера.

— Тогда точно мечи, — обнажил брюнет идеально ровные белые зубы. — И, раз уж ты так в себе уверен, предлагаю подогреть интерес уважаемых зрителей, — обвёл он остальных бездушных рукой. — Ставлю на свою победу мой Ключ. Тот, который ты отложил на попозже, сдвинув мою очередь. Готов принять ставку, Ваше Высочество?

Дно вселенной! Он подставил меня, не оставив мне выбора. Терять столько времени я не готов. Пропустить свою очередь — это значит передвинуть столь важную для меня проверку на недели, если даже не на месяцы вперёд. А ведь мне нужно, как можно скорее узнать, как влияют на мой отмер собранные Ключи. Сейчас у меня в нём десятка. И это при единственном найденном шаре. Причём, тот был красным. За такой мне по правилам пояса полагается только год. Один год. Да, Ферхат был единственным Видящим, способным определять наличие даров и их суть у бездушных, но едва ли во всей провинции нет никого, кто мог бы посмотреть мои возраст с отмером. Эта способность куда менее редкая.

Отказаться, не потеряв лицо, невозможно. Я не ожидал подобного поворота событий и своим чётким следованием образу принца неумышленно загнал себя в угол. Мне придётся рискнуть. Лучше я навлеку на себя гнев наместника, чем лишусь положенной каждому новичку награды. Тем более, что теперь та достанется мне в двойном размере. Соблазн слишком велик. Ради двух Ключей можно даже пожертвовать нормальными отношениями с этим позёром, какие в теории я мог бы с ним наладить после своего поражения. Я не собираюсь надолго задерживаться в Тёмном отряде наместника.

— Дункан!

Куда делась вся напускная весёлость Бродена? Брюнет явно отклонился от договорённостей. Здесь подобные ставки не приняты.

— При всём уважении, капитан, — ухмыльнулся наглец. — Ты не можешь нам запретить играть в азартные игры. Это — наше законное право. Ферхат мёртв. Мне теперь даже в кости обыгрывать некого. Никто не заставляет мальца…

— Я согласен, — перебил его я. — Единый свидетель — ты сам виноват.

Победа обернётся для меня обидой одного и гневом второго, отказ — потерей уважения семерых. Я всё уже взвесил. Так будет в данной ситуации выгоднее.

— Вот видишь, — по-прежнему не смотря на меня, улыбнулся своему командиру Дункан. — Я не настаивал, я просто предложил.

— Как знаете, — махнул рукой тот. — Вы оба в своём праве. Сам будешь выкручиваться.

Последнего я не понял. Эта фраза явно относится к их скрытым от меня договорённостям, но, что она значит — вопрос.

— Эй, служивые! — крикнул занимающим нашу будущую арену солдатам довольный донельзя Дункан. — Освободите-ка нам место. Сейчас будет весело.

Командир последних, наблюдавший за тренировкой подчинённых, нашёл взглядом Бродена и, когда тот кивнул, отдал своим людям соответствующий приказ. Через минуту мы с моим противником уже стояли напротив друг друга в центре огороженного квадрата стороной десять на десять шагов с деревянными мечами в руках. Лучащийся самодовольством Дункан расстегнул пару верхних пуговиц чёрного полухалата, обнажив волосатую грудь. Его наглый самоуверенный взгляд наконец-то упёрся в меня.