Книга Бессмертыш, страница 76 – Андрей Рымин

Мы с Кэйлором переглянулись, и я незаметно кивнул. Свою вымышленную мотивацию мы успели обсудить в двух словах. Переживать не о чем. Хайтауэр разовьёт мысль с лёгкостью.

— У меня нет желания торчать здесь дольше необходимого, — пожал плечами Кэйлор. — Если существует возможность ускорить процесс, то почему бы ей не воспользоваться? Мой девиз прост: могу — делаю. И, что важно, в данном случае моё «могу» совпадает с моим «хочу». Так уж меня воспитали, что я не получаю удовольствия от праздного безделья.

— Знать, — хмыкнул отец Кузнеца.

— К тому же, реализация моего плана существенно упростит нам задачу, — не обратив внимания на замечание Эстебана, продолжил Хайтауэр. — Если мои догадки верны, мы добудем свою сотню побед, приложив к этому куда меньше усилий, чем вы и все остальные, кто принял предложенные Водой правила игры. Убить спящих, даже не подозревающих о том, что им угрожает опасность людей значительно проще, чем прикончить тех же самых людей, полностью готовых к бою.

— И наша честь здесь ничуть не страдает, — поспешил добавить принц Штольгарда. — Победа, добытая умом, ничем не хуже победы, добытой при помощи силы.

Вот только моральная сторона вопроса нашего пленника волновала мало.

— Честь, милорды? — хохотнул Эстебан. — Вы как будто бы сразу с Земли сюда. На Пути уже мало кто вспоминает про честь. На Воде и тем более всякая хитрость за благо. Если сумел обмануть, то сумел победить. Клянусь Творцом — была бы на мне сейчас шляпа, я бы снял её, чтобы выразить вам своё уважение.

Намёк толще бревна. Снять гипотетическую шляпу Эстебану мешают браслеты. Ноги мы ему развязали сразу же после нашего совещания, а вот руки мужчины по-прежнему стянуты у него за спиной душилками. Передо мной стоит непростая дилемма. С одной стороны, возвращать отцу Гаспара свободу опасно. Я этого человека не знаю. Мало ли, что он способен выкинуть? Но и держать этого пленника в тех условиях, которые полностью исключают риск тоже нельзя. Они не слишком гуманные. Гаспар не поймёт.

Я планировал полностью лишить захваченного человека подвижности, завязать ему глаза, заткнуть рот и насильно кормить и поить всё то время, пока он будет нам нужен. Этакий живой груз, даже гипотетически не способный нам помешать. Если бы не опасность оттолкнуть от себя соратников, я бы пленнику и руки с ногами отрезал. Для Вальдемара не составит проблем быстро залечить даже такие раны. Ни потеря крови, ни болевой шок не убили бы пациента при такой операции.

— Ваше Величество, может, снимем уже с сударя Эстебана наручники? — приняв решение, обратился я к Кэйлору. — У отцов с сыновьями, конечно, бывает по-всякому, но тут радость от встречи сама за себя говорит. Этот отец сына в спину ножом не ударит.

Логика здесь проста. Я уже убедился, что у Эстебана нет других даров, кроме поднятого до двушки Покрова. Реши наш гость-пленник перебить нас ради получения лишней победы, эта способность ему не поможет. Здесь ведь нужно прикончить всех пятерых. Причём, быстро.

С другой стороны, отсутствие дара и лишённые нормальной подвижности руки не помешают ему при желании прикончить себя. Не привязывать же его на время плавания к мачте? Спрыгнет за борт и захлебнётся. И это лишь один из множества способов. Тут уж, либо тотальный контроль, либо доверие. Тем более, что, не прояви мы последнее, он может обидеться и специально подложить нам свинью не в угоду себе, а назло Гаспару. Я уже вижу, что недоверие со стороны сына сильно ранит его. Здесь придётся рискнуть. В крайнем случае начнём всё с начала, потеряв не так уж и много времени.