Книга Бессмертыш, страница 113 – Андрей Рымин

— По одному Вода вас не выпустит, — бурчит Клещ.

— Возможно. Но проверить мы это обязаны. Ойкумена — тот пояс, на котором решится всё. Вепрь?

Мунец задумчиво теребит бороду.

— Как забрал, так и можно вернуть, — произносит он тихо. — Ты же вернёшь?

— Если это будет возможно, — серьёзно киваю я.

Мне нет смысла обманывать своих соратников. Ложь, которая позже обязательно вскроется, потом выйдет мне боком.

— Китар — мой друг, — тяжело вздыхает Вепрь. — Почти сын. Но так надо. Да, я согласен. Мы здесь не в игрушки играем. Он поймёт.

Хайдар поддержал. Дальше проще.

— Ло не спрашивает нашего согласия, — берёт слово Чопарь. — Он объясняет нам причины, заставившие его принять такое решение. Оно уже принято. И оно правильное. Мы знали, во что мы ввязываемся. В сравнении с существованием рода людского наши жизни — ничто. Если потребуется, мы их отдадим. И это не обсуждается. Здесь же речь про смерть не идёт. Неприятно, но надо. Не думаю, что у кого-то из нас здесь есть возражения.

И их не последовало. Даже Вальдемар, за которого я переживал больше всего, молчит, опустив взгляд на палубу. Я не ошибся в соратниках. Среди нет, ни трусов, ни дураков, ни предателей. Они поняли и приняли. Поймёт и Китар.

Ложь в прошлом. Мальчишка вырос. В этот раз я его не стану обманывать.

* * *

Одинокая человеческая фигура вышедшего нас встречать полноправного хозяина острова постепенно росла, приближаясь к нам вместе с берегом, на котором стоял мужчина.

— К нам бы он уже навстречу поплыл, — хмыкнул Клещ. — Не узнал ещё. Далеко. Небось голову ломает сейчас — кто это к нему в гости пожаловал?

— А, чего он тогда к воде вышел? — поднял бровь Вальдемар.

— А на кой ему прятаться? — фыркнул Вепрь. — Если это чужие приплыли, то пусть убивают. Нам его лишняя смерть не от наших рук пригодится. До сих пор перекос по победам не выправили.

Берег острова ближе и ближе… Узнал! Прыгает, машет руками. Хотел было броситься в воду, но всё же сдержался. Ну точно Китар. Взрослый мужчина себя так не вёл бы.

— Я знал! Знал! Вы приплыли! Спасён! Наконец-то!

Первым спрыгнувший с причалившего к берегу корабля Вальдемар стискивает превосходящего его сейчас ростом мальчишку в объятиях. Принца Штольгарда тут же сменяет Гаспар. Кэйлор крепко жмёт руку лишь внутренне юного друга, но Китару этого мало. Король Эмрихта схвачен могучими лапами. Следом та же судьба постигает барона. Мунцы, хоть и расстались с мальчишкой лишь утром, тоже очень активно участвуют в этих тактильных контактах. Грусть и радость слились воедино, но первую прячут. О важном я запретил говорить. Сообщу ему сам.

Я остался последним не обнятым. Но я не спешу подходить к тискающему друзей Китару. Не дай звёзды, на радостях парень сделает глупость.

— Ло! — бросается ко мне мальчишка, наконец-то отлипший от повторно обнятого им Вальдемара. — Ты нашёл меня!

— Стой!

Если не остановится — отрублю ему ноги, и пусть Кингесберг его лечит.

— Ты чего?

Послушался, замер. Но пару шагов назад всё же сделаю.

— Я очень рад тебя видеть, но давай без объятий.

— Так вот оно что… Да брось. Я, по-твоему, совсем идиот? Думал, обратно запрыгну? В себя? Ло, я вырос. Давно.

Ожидаемо. Он обиделся. Но лучше так, чем по глупости лишиться всего.

— Я знаю. Но и ты меня знаешь. Я всегда исключаю даже самый маленький риск там, где это возможно. Гахары должны умереть.