Книга Бездарыш, страница 47 – Андрей Рымин

Вернее, здесь нет относительно крупных представителей местной фауны. Мелочи, вроде хвостатых грызунов, шустрых ящерок и всевозможных птиц, тут хватает, но соседи, разбежавшись и разлетевшись в разные стороны при моём появлении, совершенно мне не мешают. Обустраиваюсь в распадке ветвей и приступаю к разделке примата.

Мне не впервой есть сырое мясо. Главное, чтобы оно было свежим. Организм выдержит. Помня о многочисленной кожуре, устилающей подножие дерева, успел до темноты достать пару крупных плодов, напоминающих манго. Жить можно. Осталась проблема воды, но её решу завтра. Развесил оружие и мешок по сучкам, а сам распластался на более-менее подходящем древесном ложе. Свалиться с ветки мне не грозит. Я умею спать в одной позе и чутко.

* * *

Выспавшись, спустился вниз затемно. Пришло время подкрасться к реке. Именно, что подкрасться. Хищники часто подстерегают добычу у мест водопоя, а интенсивность последнего наиболее высока на рассвете. Хочу посмотреть, как проходит процесс.

Саму реку не видно. Русло полностью скрывает захвативший этот берег местный родственник камыша, в заросли которого с приличными интервалами друг от друга уходят промятые полосы звериных троп. Пробежавшись вдоль зелёной стены, пока солнце раскрашивало в красный вершину другой, отыскал идеальное для наблюдательной позиции место.

Идентичное тому, на котором я ночевал дерево росло всего в нескольких десятках метров от начала одной из широких троп, уходящих в камыш. В этот раз мне понадобилось подняться до самой вершины, чтобы очутиться над кроной, заслоняющей ниже обзор. Как я и думал, противоположный берег реки упирается в скалу. Там стремнина и глубь. Подобраться к воде можно исключительно с этой стороны. Ждём.

Десяток минут – и вот уже к зарослям камыша начинают стекаться первые гости. Длинноногие антилопы не спешат сразу же бросаться к воде, до которой от начала зелёной преграды ещё метров двадцать. Стадо загодя разделяется на несколько групп, устремившихся к разным тропам. У других, куда более узких, уже заняли позиции спустившиеся с деревьев приматы. Вижу лис и шакалов. А вон и один из здешних альфа-хищников. Шестилапый лев выбрал себе среднего размера тропу и совершенно не обращает внимание на служащих ему в другое время добычей соседей.

Всё понятно. Час мира. Хищных и травоядных сухопутных зверей сейчас объединяет общее дело. Мне ясен их замысел. При одновременном подходе к воде меньше шансов стать завтраком тех, кто в ней прячется.

Так и есть. Стоило первым, ведомым крупным вожаком антилопам ломануться к реке по одной из самых широких троп, как вся линия зарослей захрустела, зашелестела сминаемым камышом. Наблюдаю. Ага! У просматриваемого мной куска берега, где копытные, заняв всю кромку, жадно припали ртами к воде, громкий всплеск. Огромные челюсти хватают антилопу за голову.

Речной ящер. И вода ими просто кишит. Подойдёшь в одиночку – ты труп. Всё. Проблема ясна. Незаметно тут подкрасться не выйдет. Не через хрустящий камыш. Сторожа круглосуточно бдят. Что хотел, я увидел. Как животные, пережившие водопой, отойдут, можно будет спускаться.

Решение есть. Приглядев подходящую длинную тонкую ветку, рублю её. Мне, в отличие от животных, совать голову в реку, чтобы напиться, не требуется. Попытаюсь наполнить тару с дистанции.