Книга Безверыш. Земля, страница 20 – Андрей Рымин

Я был только за. Уже не впервой замечаю, что, чем народ больше выпьет, тем сильнее я себя чувствую лишним на таких посиделках. Попрощались со всеми и направились к лестнице. Ло рано сбегать — он сегодня за главного здесь. Небось, будут полночи сидеть с мужиками.

— Давай ко мне лучше, — потянул меня Сёпа к двери своей комнаты, когда мы поднялись наверх.

— Ты же спать хотел вроде? — удивился я.

— Какой спать? — фыркнул Сёпа. — Задолбался я ждать. Пойдём. Пора мне рассказать уже? Не? Сколько можно?

— Про Ло? — прошептал я, догадавшись о чём он.

— Так вот его как, значит, зовут, — столь же тихо произнёс Сёпа, закрывая за нами дверь. — Кто он? Вы обещали мне всё рассказать. По-моему, время пришло.

Не поспоришь. Уже третий день держим друга в неведении. Колдун так-то главное Сёпе открыл, но подробности… Это на мне. Раз уж время на разговор появилось, то, пока рядом нет лишних ушей, можно всё, наконец, рассказать.

— Это долгая история. Слушай, — сел я на один из двух стульев, имевшихся в комнате. — Ло — колдун со звёзд. Там, наверху, есть такие же миры, как и наш. Ну, почти как наш. И везде живут люди.

Начав издали, постепенно я подобрался к своей жизни в Подгнилье и к тому дню рождения, когда Ло в меня влез. Всё рассказывал без утайки, отвечал на вопросы, поправлял там, где друг чего-то не понимал, делился своими тогдашними мыслями, страхами, смеялся над своей глупостью, сокрушался, вспоминая свои заблуждения. Правда, правда и только правда. Вся правда.

И как же мне было приятно делиться всем этим. Я только сейчас осознал, что держать в себе эти страшные тайны — тяжелейшее бремя. Открываясь товарищу, я словно сбрасывал с плеч тяжкий груз. Часа два мы болтали без умолку. То есть, я в основном. Чем дальше история продвигалась вперёд, тем больше Сёпа молчал.

И понятно. Главное он для себя уже понял. Колдун — тот, кто способен спасти всех людей, кто единственный остановит гахаров, кто поможет найти мне сестру и пройдёт по Пути до Вершины. Сам пройдёт и всех нас проведёт. На него вся надежда.

И хорошо всё-таки, что мы поговорили про Ло без него самого. При колдуне я бы не подобрал нужных слов, тех, что шли от души. Всё ждал, что, закончив попойку и отправив моих земляков спать по комнатам, Ло к нам заглянет. Но празднования внизу затянулись, и от Сёпы я ушёл раньше, чем из зала поднялся колдун.

Ох и камень с души. Не то слово, как мне стало легче. И неважно, что друг проводил меня глупой, по мне, так совсем неуместной шуткой. Метла он такой. Будет рушиться мир, и то с Сёпиного языка слетит что-нибудь вроде: «Пожили и ладно.»

Чем хуже дурацкое: «Всегда мечтал служить бесу», произнесённое под странный смешок перед прощальным: «До завтра»? Ничем. В целом, Сёпа воспринял услышанное, куда лучше, чем я ожидал. Одним знающим правду теперь стало больше. Я счастлив.

Цель достигнута — мы больше не изгои и снова в центре внимания. Тех нескольких дней, которые заблудшие очередники провели в трактире до нашего появления в полисе, не хватило им для того, чтобы по-настоящему сблизиться. Здесь пока нет друзей, и даже товарищами этих людей называть сейчас рано. Не удивительно, что четвёрка ронхийцев, как собрала вокруг себя в своё время всю незнатную часть постояльцев, так и оттолкнула народ, лишившись авторитета. Никто не хочет держаться проигравших, всем и всегда интересны исключительно победители.