Книга Безумыш. Земля, страница 92 – Андрей Рымин

Хищников тоже хватает. Для волков и шакалов в травянистых предгорьях раздолье. Крупные жёлтые кошки, которых я отнёс к подвиду львов, тоже живут и охотятся стаями. Змеи, птицы, огромные зубастые ящерицы удивляют своими: многообразием, численностью и размерами.

Нет, жить здесь на постоянной основе вполне возможно, но глупо, имея альтернативой постоянно перевозящий твой город с места на место лоскут. Многочисленному людскому сообществу тут не хватит ресурсов, а небольшой посёлок не продержится долго в постоянной борьбе с местной фауной за место под солнцем. Земля — не Предземье. Здесь жизнь бурлит не в пример сильнее. Ускоренный рост растений, ускорил и прочие пищевые цепочки.

Но мы пришли сюда не навсегда. Рано или поздно в окрестностях нашего плато появится полис, и мы уберёмся отсюда. День очередного скачка послезавтра. Может, нам повезёт. Простирающаяся под нами равнина, в которую плавно переходят предгорья, просматривается на сотни километров вперёд. Сейчас лес, откуда мы недавно пришли, зеленеет до самого горизонта сплошным безразрывным ковром, но стоит на нём появиться квадратной проплешине, как мы сразу же заметим прилетевший лоскут.

В противоположную сторону обзор куда хуже. Появившийся среди гор полис мы едва ли заметим, даже окажись тот достаточно близко. Разве что ночью его выдаст свет от костров, запаленных вышедшими на склоны охотниками.

* * *

Почти две недели и, соответственно, два скачковых дня позади. Нам пока не везёт. Из хорошего — только низкая смертность, если сравнивать этот период с тем временем, когда мы продирались к предгорьям по лесу. С момента, как мы поднялись на плато, отряд потерял лишь одного человека. И то он погиб предельно нелепо, сорвавшись с обрыва по собственной дурости, при встрече с крупной змеёй.

Вместе с неуклюжим дураком вниз, к острым камням, улетели и вложенные в архейца бобы. Я упрямо продолжаю поднимать троерост отстающих долями, но приличная часть моих прежних инвестиций уже безвозвратно потеряна. Естественный отбор ещё по дороге сюда отсеял слабейших. Исключением выступает лишь Чудик. Этот предз был единственным, уступавшим, что троеростом, что мастерством обращения с оружием, даже только что пришедшим из школы в отряд безымянным.

Коротышке феноменально везёт. Я даже попросил Китара проверить предза на наличие дара. Удачу невозможно усилить, но на этой планете обычные законы не работают. Увы, это просто стечение обстоятельств. Мальчишка не увидел в груди Чудика светящихся нитей. Не то дали прозвище предзу. Куда больше ему подошло бы — Везунчик.

Кстати, клички настолько впитались в сознание бывших рабов, что имён большинства находящихся рядом со мной уже почти три недели людей я не знаю и, видимо, никогда не узнаю. Даже такие друзья, как Китар и Сепан, называют друг друга Метлой и Смертиком. Так всем проще. Менять привычки нет смысла. Во время отражения нападений зверей путаница нужна нам меньше всего.

Впрочем, с появлением стены, отделяющей нашу прижавшуюся к обрыву небольшую рощицу от остальной части плато, держать оборону стало значительно проще. Не зря мы все первые дни напролёт занимались строительством. Китар даром рубил подходящие сосны, я мечами избавлял их от веток, остальные таскали получавшиеся брёвна-столбы, рыли топорами и копьями ямы под их установку и вкапывали один к одному. Итог — мы имеем квадрат, прикрытый с двух сторон внушительным частоколом и с других двух обрывом. Ворот нет. Только лестницы. Пара стражников на ночь — и можно спокойно спать.