Книга Безымяныш. Земля, страница 31 – Андрей Рымин

На этих воротах, подтверждая мои догадки, стояли стражники уже в другой форме. Не порожники, местные. Штаны в обтяжку, чудные рубахи с коротким рукавом, широченные пояса, островерхие блестящие шлемы, кривые мечи, алебарды. В цветах одежды преобладает зелёный. Хотя по яркости оттенков служивые сильно проигрывают расфуфыренным петухам, которых мы видели. Один такой, кстати, проезжает навстречу. Он в синем, но стражники всё равно поклонились. Ну точно знать.

По ту сторону стены почти сразу же начинается город. Два десятка шагов — и пошли жилые дома. После богатства Порога смотреть на хибары, что жмутся друг к другу без всяких дворов, неприятно. Более-менее приличные здания выстроились вдоль улицы, уходящей от ворот дальше. Чуть левее-правее — и взгляд упирается в нагромождение разномастных сараев, сколоченных из старых, прогнивших досок. Вот тебе и Великий Арх…

Сразу за воротами небольшое подобие площади. На краю свободного от построек участка земли — дороги здесь, в отличие от Порога или того же Земграда, не вымощены — стоят две большие открытые повозки, запряжённые огромными длиннорогими быками. Мы все дружно тотчас же уставились на чудных животных. И не зря. Тут же выяснилось, что это — наш новый транспорт.

Солдат с красными продольными вставками на рубахе принялся командовать, руководя пересадкой. Здесь охраны уже было поменьше. Помимо возниц, всего по три воина на каждую из повозок. Знают, гады, что бежать нам уже поздно и некуда. Куда мы здесь в своих серых однотонных хламидах? И так взгляды местных притягиваем. Вон, как пялятся. Изо всех подворотен торчат любопытные мордочки одетых в лохмотья детей. Малых тут немеряно. Значительно больше, чем взрослых. Впрочем, день на дворе — родители всей этой босоногой орды просто могут работать.

— Давай, давай, залезаем! — торопил наших местный солдат. — Нам ещё пилить и пилить. Провозимся, до темноты не успеем.

Когда все расселись, длиннорогие быки на удивление шустро — раза в два быстрее человеческого шага — затрусили по улице, таща здоровенные повозки, куда влезло бы и больше людей, чем сейчас. Мы с Сёпой, Лимом и ещё дюжиной наших едем в одной, барон Рысин со своими прихлебателями и остальными предземцами в другой. Солдат, что командовал посадкой трясётся с нами, усевшись рядом с возницей на козлы, но спиной вперёд, лицом к нам.

— Ну что, братья предземцы, как вам начало Пути? — с улыбкой поинтересовался солдат. — Не того ожидали, да?

— Кидалово, как оно есть, — фыркнул Сёпа. — Продали какому-то петуху, как вшивых батраков.

Остальной народ, включая Лима, одобрительно загудел, соглашаясь с охотником.

— Вот-вот, — закивал наш провожатый. — Теперь знаете, что Храм — те ещё крысы. Никому толком ничего не рассказывают. Путь, Путь, Путь… А что на Земле новичкам пуд дерьма предстоит сожрать, прежде чем крепко на ноги встанешь, про то, конечно, ни слова. Я ведь тоже с Предземья. Охотник с Бона. Когда-то собственную ватагу водил.

Оба! Наш. Вот и шанс узнать про лоскут и про полис. И, что ждёт нас, поди, тоже расскажет, раз начал открыто и даже храмовников кроет.

— Ха! Земеля! — видать, подумал о том же самом Сепан. — Так мы тоже охотники с мелким, — приобнял он меня за плечо. — Делись, что тут за дыра? Голытьба вокруг — смотреть страшно. В моей убогой деревне и то народ краше. Нам что, тоже теперь в обносках ходить с немытыми рожами, как вот эти? — ткнул он рукой в куда-то топающих вдоль обочины чумазых оборванцев. — Куда нас вообще?