Книга Бесправыш. Предземье, страница 122 – Андрей Рымин

И вот сразу же странность вторая. У людей есть возможность плодиться исключительно на Земле и Предземье. Экваториальная, судя по дошедшим сюда расплывчатым описаниям, Твердь населена только теми, кто попал туда из пояса ниже. Что там, что на расположенной дальше к северу Суши женщины не способны зачать.

Впрочем, Сушь — это нечто уже настолько далёкое и покрытое мраком, что все сведения о том поясе — сказки на девяносто процентов, что признаёт даже преподаватель предмета «Основы Пути». Да и Твердь ненамного опережает её в этом плане. Единственное, что известно про эту область планеты — её поверхность перестаёт в этой зоне перемещаться кусками, отчего и название пояса отражает стабильность.

Думаю, про Твердь получится больше узнать уже на Земле. Едва ли даже в Империи местные служители Храма обладают существенно большей информацией, чем здешние на Муне, ведь данная религиозная организация едина на всём Предземье. Максимально глубокие знания о Тверди в пределах пояса можно получить разве что в столичной академии наук, но туда мы с Китаром попадём едва ли.

Впрочем, мне пока и чудес Земли хватает за глаза. Представляю, как сложно нам с носителем придётся на следующем поясе. Лучше бы мне попасть туда уже полновластным и единственных хозяином этого тела. Но это всё долгосрочные планы. Сейчас бы просто доучиться последний месяц без серьёзных эксцессов и, покинув школу, побыстрее покинуть и опостылевший Мун. Пусть гахар забирает себе этот паршивый остров. Нам нужно развиваться. И как можно быстрее. Я не собираюсь растягивать свой путь к Земле на десятки лет.

— Прошу минуту внимания!

Вошедший в зал трапезной в сопровождении пары служителей отец-настоятель храмовой школы, несмотря на худобу и небольшой рост, обладал весьма зычным голосом. Уже успевшие приступить к завтраку ученики опустили ложки и руки с лепёшками, чтобы дружно повернуться в сторону дверей.

— Прошу всех поторопиться с едой, — пробасил отец-настоятель, как только в трапезной воцарилась тишина. — Нашёлся ещё один смельчак, пожелавший себя испытать во славу Единого. Через пятнадцать минут состоится прыжок. После завтрака разрешаю послушникам посмотреть на попытку пройти испытание. Начало занятий сдвигается на десять минут. Не опаздываем. Прошу отрядных служителей проследить.

Глава школы закончил речь и быстрым шагом направился к своему месту на торце учительского стола. Пятнадцать минут — это куча времени. Спокойно успеваем, и доесть, и дойти до обрыва, где на самом краю пятый день уже висит ненасытная воронка-убийца. Тем не менее ребята за всеми столами замахали ложками с удвоенной скоростью. Я и сам глотал кашу, как после голодухи, а лепёшку и вовсе засунул в карман — потом съем.

— Интересно, кто в этот раз? — пробубнил с набитым ртом Раст, соскочивший с лавки следом за мной. — Готов спорить — воевода больше не пустит дружинников.

А вот я спорить был не готов. Уже двое служивых, причём один из них даже был одарённым, сгинули в Бездне, и скорее уже не воевода дружины, а сам Ярл запретит своим воинам лезть в нору. Сейчас наверняка рисковать жизнью будет какой-нибудь очередной лихой охотник с раздутым донельзя самомнением и с нехваткой мозгов. Этих на Муне с избытком. Всё лезут и лезут. А ведь уже после пятого не вернувшегося из Бездны героя можно было бы понять, что за чёрной воронкой рискнувшего туда сунуться в этот раз ждёт не просто сложное, а по-настоящему смертельно опасное испытание.