Книга Кровь и Плен, страница 61 – Алекс Анжело

Но по их лицам ответа и не требовалось. Айвен кивнула.

— Думаете, почему она вся в грязи? – спросила Сильфа. – Эта дуреха упала, споткнувшись о корень этого монстра. И тогда он проснулся.

Древесные корни увязали в мягкой земле, и тварь двигалась не так быстро. Я смотрела на приближающегося монстра, сжимая в ладони Туманный, чье лезвие окружил белый свет.

Несколько измененных существ в одной местности… Почти невозможно. И удивительно, что их существование так долго оставалось в тайне.

Вдруг моего запястья что-то коснулось. Я с недоумением перевела взгляд на руку Люция. Нахмурилась.

— Позволь мне. А то испачкаешься. Хоть как-то отплачу тебе за испорченные мантии, – сказал он, хитро улыбнувшись.

Моран посмотрел на монстра, уже раздумывая над тем, как его лучше победить. Ладонь, на которой виднелись следы от укуса твари, сжимала клинок.

Я поджала губы, отведя взгляд. Если желает – пусть сражается. Отодвинулась, освобождая путь.

Но Люций вдруг усмехнулся, отступил, достав из рукавов чистые листы бумаги и одну за другой вырисовывая печати. Мало кто из даэвов любил использовать магические знаки так, как он.

Для этого надо уметь создавать их за пару секунд, рисуя линии точно, без единой ошибки. Это требовало многолетних тренировок, чтобы рука не дрогнула даже в момент смертельной опасности. Ведь неправильно созданная печать могла не просто не подействовать, а подействовать неправильно и тем самым погубить тебя.

С ладони Морана сорвалась теневая птица, которая подхватила листы с магическими печатями, способными воспламенить что угодно, не состоящее из плоти и крови. Если поместить подобную печать на ревенанта, она сработает слабее и остановить тварь все равно не сможет – энергия Серого мира в их телах быстро латает раны от огня. Хотя боль пламя причинить способно, так что его старались не использовать. Все перерожденцы ранее были людьми, именно из-за памяти об этом тварей убивали сразу и не применяли магию, которая бы их мучила.

Но древесного монстра все это не касалось. Когда он был уже близко, птица над самой его кроной выпустила почти все печати из клюва. У нее остался лишь один магический знак. Теневое существо, облетев ствол и избегая столкновения со светлячками, вдруг залетело прямо в распахнутый рот дерева. Челюсти сомкнулись – тварь решила, что в ее сети попала добыча. И в этот момент печати, приклеившиеся к ее веткам, вспыхнули. Пламя весело заплясало, за миг охватывая их полностью. А потом дерево раскрыло рот, и огонь хлынул наружу, являя сердцевину, объятую пламенем.

Это длилось не больше минуты. Внезапная атака поубивала даже светлячков, которые не успели улететь. Бой был окончен, не успев начаться.

Все, даже наставник, наблюдали за происходящим удивленно и озадаченно. Если бы монстр не был создан из дерева, которое прекрасно горит, печати бы не подействовали столь эффективно. Это столкновение доказывало, что надо не только получать знания, но и уметь их правильно применять.

Люций продолжал улыбаться, даже не думая скромничать.

Я лишь едва заметно покачала головой, уже не удивляясь его самодовольству.

Услышав шорох одежд, обернулась и увидела, что учитель обратился лицом к темнеющему проходу.

— Снаружи никто не остается. Это слишком опасно, – сообщил Лоуз Прауд и, больше не говоря ни слова, пригнув голову, начал спуск. Рафаиль громко втянул воздух сквозь сжатые зубы, но ему ничего не оставалось, кроме как отправиться следом за наставником.