Книга Кровь и Плен, страница 193 – Алекс Анжело

Подземный ход успел обветшать, деревянные опоры, что поддерживали своды, рассохлись и стали трухлявыми, их давно не укрепляли магическими печатями – после смерти Долорес и моего исчезновения про этот тайный выход из обители, похоже, забыли. Пыль была повсюду. Именно из-за нее я намеренно надела старую мантию, которая уже давно отжила свой век.

Вскоре тоннель закончился. Я уже совсем не чувствовала рук. Но чтобы открыть дверь на поверхность, требовалось дернуть рычаг. После стольких лет запустения он двигался с трудом, и сделать это можно было только обеими руками. Но только я собралась положить свое тело на пол, как дверь отворилась, и ход озарился золотым светом сферы с соком глимы, которая освещала помещение перед глазами.

Сердце подпрыгнуло, застучало прямо в горле, словно сошло с ума. Холод пробежался по спине, когда я услышала властное:

— Выходи.

Голос, без сомнения, принадлежал Фредерику. На мгновение его приказ, наоборот, заставил ноги прирасти к полу. Но, преодолев себя, делая шаг за шагом, я поднялась по ступенькам, вошла в комнату и увидела брата. Он сидел на кровати Долорес, что была укрыта белой простыней. От его облика веяло силой и недовольством. Лицо не выражало эмоций, будто высеченное из камня. Но вот взгляд, брошенный на мои руки, оказался цепким и жадным.

И в этот миг в голове словно алым огнем запульсировала отчетливая догадка: он не понял. Фредерик не знает, что я в этом теле.

— Глава, – почтительно произнесла, склонив голову. Мой голос прозвучал нарочито низко.

— Что с ней случилось? Положи ее на кровать, – ледяным тоном приказал он, поднимаясь на ноги и не обращая на истинную меня никакого внимания.

— Она бродила в лесу. – Я подчинилась, приближаясь к постели. Взор брата ни на мгновение не отрывался от Сезара в моем теле.

— Одна? – требовательно спросил он. Мысли сменялись одна за другой, спешно перебирая ответы, которые не вызовут подозрений.

Я понимала, что Фредерик наверняка уже догадался, что моя вылазка не была просто прогулкой. В то же время мне необходимо было не только оправдать мое бессознательное состояние, но и выгадать толику доверия для Сезара. Сделать все, чтобы он смог покинуть эту спальню. И одновременно со всем этим мне надоело ходить вокруг да около. Возможно, в глубине души я понимала, что мне необходимо было увидеть истинное лицо брата.

— Нет. Рядом с ней был Проклятый. Не в своем истинном обличье. Он нашел какой-то способ. Это темная магия. Очень темная. Я перерубил его тело мечом, но, когда это случилось, Сара потеряла сознание. Думаю, они как-то связаны, – сообщила я, заставляя саму себя поверить в случившееся. Я должна была испытывать недоумение, отвращение и гнев оттого, что кто-то обманул, запутал и толкнул на неправильный путь того, кто мне дорог. – Он затуманил ее разум. Она не по своей воле вышла к нему ночью. Отнеситесь с пониманием.

«Кажется, я наконец-то учусь убедительно лгать. Хотя я лишь в начале пути, но, наверное, Моран похвалил бы меня за успехи», – возникла неподходящая мысль, лишь показывающая, насколько меня застала врасплох встреча с Фредериком. Я вновь поддавалась чувствам, и, кажется, мои рассуждения приобретали истерические нотки.

— Я понимаю. Я все прекрасно понимаю, Сезар, – медленно протянул Фредерик, касаясь лица девушки на кровати и убирая волосы в сторону. Каштановые пряди, словно змеи, растеклись по белой простыне. Глава вновь сел на постель, вплотную к моему спящему телу.