Книга Кровь и Плен, страница 156 – Алекс Анжело

Но тихий смех Люция избавил меня от необходимости продолжать.

— Сара Сорель, я все понял. – Он накинул шнурок на шею, и его эмоции затихли. Я будто осталась одна. – Буду носить не снимая, – пообещал он. – Это ведь драгоценный подарок. Слышал, эмпаты крайне избирательны и просто так не раздают ограничители всем подряд. Пусть теперь все эмоции, которые ты почувствуешь рядом со мной, будут лишь твоими. Думаю, так будет гораздо лучше… О, Блез! Уже вернулся? – Люций повернулся к своему другу, который вошел в круг света от костра.

Теневые дивы о чем-то болтали, а я слышала их будто сквозь толстый слой ваты.

В голове непрестанно звучали его слова: «…лишь твоими».

Пусть пламя уже потухло, но мне отчего-то стало жарко. Поднявшись с бревна и пожелав спокойной ночи, я стремительно вернулась в палатку. Легла, надеясь, что сон избавит меня от путаницы в мыслях, которые сменялись одна за другой. Но надежда оказалась тщетной, я еще долго лежала, не в силах уснуть.

Когда первые лучи солнца позолотили небосвод, лагерь ожил. Появление Люция взбудоражило даэвов. Многие подходили поздороваться. Моран улыбался, будто искренне был рад каждому. Наставник воспринял появление племянника с удивительной молчаливостью. Лишь бросил тяжелый взгляд, прежде чем отправить нас на разведку. Сам Норкросс оставался на поляне и пока не собирался вмешиваться в нашу миссию.

Половина молодых стражей отправилась на погост, а другая, состоящая из меня, Флёр, Люция, Блеза и Ноя, пошла исследовать Грёнер, для начала решив изучить примыкающий к нему лес.

Вскоре мы натолкнулись на то, что укрылось от нас в первый день, – несколько фигур, вырезанных из окружающих поселение деревьев. Как и лица на кладбище, они были созданы из некогда живых растений. Некоторые из них оказались настолько старыми, что прогнили, потеряв всю детальность, а другие, наоборот, выглядели так, будто их создали вчера. Но не оставалось сомнений, что все творения были посвящены одному существу – юноше, у ног которого вились растения. Стебли этих растений покрывали длинные и острые шипы, отчего вырезанные на них бутоны выглядели особенно нежно.

Морозия. Я сразу узнала ее. Магический цветок, соком которого наносили звезды. Для людей шипы были ядовиты, поэтому растение собирали осторожно. Его сначала срезали, выжидали несколько часов, пока отрава потеряет свои свойства, а уже после заворачивали в ткань и отвозили в ближайший город для продажи.

У ног последней деревянной статуи мы увидели надпись: «Возродись, обращаясь в прах».

— Меня все больше напрягает это место, – проговорил Ной, и вместе со звуком его голоса раздался едва различимый отдаленный шелест.

Из-за опавшей листвы идти беззвучно было невозможно. В ином случае мы могли бы и не заметить двух людей, которые шли через лес вдалеке. Их силуэты мелькали среди стволов, за спиной у каждого висел лук, одежда была из кожи – наверняка жители Грёнера изготовили ее сами. Они остановились, запоздало заметив нас. Видимо, хотели бежать, но не успели.

— Подождите, – окликнул Люций, поднимая руку. – Мы ничего вам не сделаем.

Флёр недоуменно сощурилась, не сразу догадываясь, почему оба мужчины послушались, стоило Морану с ними заговорить. Моя сила окружила их, внушая людям спокойствие.