Книга Кровь и Плен, страница 108 – Алекс Анжело

— И север тоже… – добавила я, вспоминая хвойные леса, путешествие и прохладу гор. – Почему мы оказались в Кервеле после падения в раскол?

«Он лучше всего подошел, чтобы скрыться. Мертвый лес создавал естественную преграду. Никто из даэвов и людей без особой надобности к нему не приближался, не говоря уже о том, чтобы делать крюк и обходить его. Лишь Северный орден вел торговлю, почти все запасы морозии мы получали именно от них. Но обитель была разрушена, поэтому все связи оказались временно разорваны», – задумчиво признался Люций.

«Обитель была разрушена…» – про себя повторила я.

Это случилось до или после открытия портала?

Я спросила об этом у Люция, но он лишь вновь мягко улыбнулся, без слов намекая, что я должна вспомнить все сама. Это молчание раздражало, ведь все могло быть проще.

Но, с другой стороны, я понимала, что Моран – неведомо почему – знает меня гораздо лучше, чем я сама. Без прошлого слова – ничто. Каждое вернувшееся воспоминание изменяло меня. Они были подобны ступеням винтовой лестницы, которые нельзя перепрыгнуть, чтобы сразу оказаться на последней. Это было чревато последствиями.

Я посмотрела на Морана. Даже в этом теневом облике змея на шее дива, нанесенная соком морозии, порою мерцала, отражая свет Духовного озера. Моран был выше меня, гораздо шире в плечах. Похоже, див никогда надолго не бросал тренировок с мечом. Даже несмотря на то, что чаще прибегал к своему дару, чем к стали.

«Ты ведь знаешь, как люди относятся к нашей магии?» – изрек теневой див.

— Боятся, – без раздумий сказала я.

«Верно, – согласился он. – Но почему?»

— Боятся и не…

«…понимают, – закончил за меня Моран. – Думаю, это ключевое слово. Наш народ не так сильно отличается от людей. Мы тоже боимся того, чего не понимаем. А потом превозносим или… стараемся искоренить».

Больше объяснений не требовалось. Из слов старика из Кервеля становилось понятно, в каком состоянии пребывал Моран после того, как вытащил нас из портала.

Он был ранен, пусть и не физически. А облик, в котором он предстал в том поселении в горах, мало походил на человеческий. Его тело словно стало самой тьмой, почти как теперь. Любой, увидев его, принял бы за монстра.

Его желали убить? Или… Нас собирались убить?

Нет, что-то не сходится. Если бы это было правдой, мою гибель бы не обратили в основу для новой веры.

Мне не хватало деталей, чтобы сложить всю картину воедино. Мне не хватало моих воспоминаний…

«О чем думаешь, Сорель? – проговорил Люций со своей извечной улыбкой. – Обо мне? – продолжил довольным тоном, радуясь, что угадал. – Знаешь, было очень тяжело дотащить нас с тобой до Кервеля. Больше недели пути. Твое тело оказалось не таким легким. Извини, я даже один раз уронил тебя в реку, которую переходил вброд. Споткнулся о камень на дне. Незабываемое путешествие, скажу я тебе».

Его слова всколыхнули ту горечь, что я ощутила, едва увидев Морана этой ночью.

— Это ни капли не смешно, – процедила я. Мой голос звенел недовольством.

«Не беспокойся, я почти сразу тебя вытащил», – продолжил он, следя за моим лицом.

— Я не об этом, Люций, – оборвала я его, взяв под контроль свой гнев.

Моран всегда прятал под улыбкой свои истинные эмоции, что в прошлом, что теперь. Отвлекал внимание. Но ситуация в то время была далека от веселья. Должно быть, те дни были мучительно тяжелыми.