Книга Вечность и Тлен, страница 216 – Алекс Анжело

— Кто это был? – прозвучал угрожающий голос Люция, ещё мгновение назад он вглядывался наружу, сквозь стеклянные двери балкона.

Кьярин сглотнул, взметнул взор, который неожиданно стал холодным и острым, как лезвие ножа.

— Его глаза сияли алым. – Глаза Младшего Рока влажно блестели, руки слегка подрагивали, когда он твёрдо произнёс, смотря Люция: – И выглядел он точь-в-точь как ты!

И с его словами в сознание вновь ворвались крики тварей, которые полностью перекрыли собой вспыхнувшие в комнате споры. Неверие на лицах, ведь большинство решили, что Кьярин не в себе. Даже Сезар считал так же, судя по его суровому выражению. И всего пара слов, брошенных Люцием, перед тем как он схватил меня за плечи, заставили всех замолчать.

— Посмотри на меня, – потребовал Моран, его голос магическим образом прорвался сквозь шум, пробирающий меня, казалось бы, до самого нутра.

— Я могу поменяться телами с Регисом. – После смены тел нить между нами всё ещё оставалась крепкой. Стоило лишь потянуть за неё, чтобы оказаться на другой стороне.

— Не надо.

— Это лучший из вариантов. Ты знаешь. Я всегда могу вернуться.

Губы Люция от напряжения превратились в тонкую нить. Тьма заплясала под его кожей, я видела, как она прорывается, скользя по его горлу и коснувшись скул, отскакивает прочь, прячась под одежду. Он весь целиком напоминал меч – сталь, не скрытую преградой из ножен.

— Ладно. – Он резко кивнул.

— Дай мне кольцо. – Но просить и не стоило, Люций уже стаскивал ободок из осколка теневого сердца со своего пальца. Эта вещь, переместившись вместе со мной, станет ориентиром.

Морщась от непрекращающегося шума, переросшего в головную боль, я натянула кольцо на палец.

«Пора», – пронеслась мысль, она принадлежала мне, в отличие от слов, вспыхнувших следом:

«Будь осторожна».

— Буду, – отозвалась я, уже прикрыв глаза, чтобы хоть как-то сосредоточиться. Не зная, услышал Моран или нет, я лишь ощутила касание кончиков прохладных пальцев к своим.

И в следующую секунду всё осталось позади: освещённая комната внутри гостиного двора, безопасность и показавшаяся оглушительной тишина после исчезнувшего внезапно рыка тварей. Следом же явилась пульсирующая боль, настолько отупляющая, что поначалу я даже не сразу распознала её сосредоточие. Она будто охватывала обе ноги, а камни и ветки корябали спину. Региса тащили сквозь лес – грубо, будто привязав за ногу к лошади, за одним существенным исключением: место лошади с верёвкой заменили ревенант и его зубы, вспоровшие плоть врачевателя на лодыжке.

Яд, распространяющийся по крови, вызывал мучение. Он заставил тихо взвыть и закусить губу. Тело Региса не привыкло терпеть, оно не привыкло к ранам. Оно было нежным, и поэтому отрава в его плоти, казалось, вызывала больше боли, чем могла бы.

Я потеряла время – несколько драгоценных секунд, может, даже целую минуту, прежде чем смогла обрести контроль и начать думать хоть о чём-то, помимо алых глаз ревенанта и его морды. Тварь двигалась, пятясь спиной – топорно, неумело, постоянно врезаясь в деревья, заставляя их стволы надрывно трещать.

Но монстр стал занимать мои мысли меньше, когда я заметила тёмный силуэт – впереди твари кто-то был, шагал вперёд, будто полководец, ведущий за собой солдата. И походка его была иной – человеческой и даже плавной – монстры двигаться так не могли.