Книга Соль и Грезы, страница 30 – Алекс Анжело

Парень помедлил. Перед ним стояла полупустая чашка остывшего чая. К сферам под потолком беседки слетелись мотыльки, отчего по столу мельтешили слабые тени их крылышек.

— Это было непохоже на наказание. Я узнал много полезного.

— Гораздо лучше, когда наказание чему-то учит.

Юст кивнул. Натан же вмешался, предупреждая:

— Тебе повезло, что наткнулся именно на нас. Здешние наставники любят прибегать к телесным наказаниям. Поэтому не шалите, если не хотите пострадать. И своим друзьям так передай. У наставника Камдена рука тяжёлая и шрамы могут остаться.

— Да-да, я понял, – закивал Юст.

— И не все с нашего года такие жалостливые, как мы с Сарой. Поэтому тоже имейте в виду, – поучал Натан Страйд. – Да, и попадёшься ещё раз – мы загоняем тебя на тренировочной площадке. Будешь бегать до момента, когда даже мизинцем на ноге пошевелить не сможешь.

— Я понял. Спасибо вам большое, – вдруг широко и искренне улыбнулся Юст Север.

— Ты почему такой довольный?

— Я внезапно понял, что мне понравилось, как я провёл время, и понравилось заниматься, – признался он с сияющими глазами, что было удивительно, ведь ещё несколько минут назад его настроение было упадническим. – Можно я ещё с вами здесь посижу?

Натан был одновременно шокирован и удивлён:

— Чего? Спать иди.

— Да, господин. – Парень подорвался и с готовностью подчинился, развернувшись и вскоре исчезнув за постройками.

— Даже не верится, что может быть так спокойно, – произнёс Натан, когда Юст исчез и воцарилась тишина. В его руках дымилась новая чашка горячего чая.

— Да. Я успела забыть, что сейчас, вообще-то, глубокая ночь.

Натан усмехнулся.

— Ещё бы. Но из тебя прекрасный учитель.

— Почему?

— Ты очень понятно объясняешь.

— Никогда в этом не практиковалась, – отозвалась, положив фолиант с колен на опустевшую скамейку рядом.

— Значит, это определённо талант.

— Может быть.

На некоторое время мы замолчали. Вдалеке пели ночные птицы. По небу проплывали редкие облака, но тем не менее ночь оставалась по-прежнему светлой.

— Полагаю, младшие ученики ещё доставят нам немало забот, – почему-то Натана это веселило. Он постучал ногтем по стенке чашки. Руки у него были ухоженные, но с такими же мозолями на внутренней стороне ладоней, как и у меня. Пальцы без колец, но на запястье повязан плетёный браслет из карминового шнура.

— Понравился? – заметив моё внимание, спросил Натан и, поднимая руку, неожиданно признался: – Подарок матери. Она верит, что эта безделушка убережёт меня от беды. Думаешь, глупо?

Вопрос застал меня врасплох. Ведь я могла подумать о многом, но точно не о том, что это глупо.

— Это забота. Как она может быть глупой?

— Верно, – с мягкой улыбкой согласился он. – Только поэтому и ношу не снимая. Всё же я не верю, что какие-то вещи могут оберегать, если это, конечно, не артефакт или реликвия. Но они могут вдохновлять и давать силы в сложные моменты, а это уже бесценно. У тебя есть такая вещь?

Голос Натана звучал степенно и в то же время благородно. Его спокойствие напоминало едва тревожимую ветром гладь Духовного озера. От него не чувствовалось никакого подвоха, наоборот – лишь открытость, уважение и даже восхищение. Я откровенно не понимала, чем заслужила такие эмоции.

— Да, есть. – Рука дёрнулась с намерением коснуться цепочки на шеи. – Но я не могу показать. Это личное.