Книга Соль и Грезы, страница 137 – Алекс Анжело

— У тебя остались способы связаться с Фредериком?

Брови Флёр сошлись на переносице. Лицо её стало суровым.

— Почему ты вообще решила, что я могу связаться с главой ордена Сорель?

— Разве нет? – пробормотала я задумчиво, будто спрашивая саму себя. – У ордена Сорель было достаточно много их секретных печатей и магии. Знак для перемещения – прямое тому доказательство. И я знаю, что немалое количество печатей направлено на управление обителью и поддержание власти. Ты ведь наверняка не могла причинить Фредерику физический вред как раз из-за такой печати. Вероятно, есть и символ для экстренной связи?

Лицо Флёр становилось всё мрачнее.

— Мне казалось, ты знаешь достаточно мало о внутренних делах ордена.

Я вздохнула.

— В юности Фредерик многое мне рассказывал.

— Тем удивительнее, что ты не поняла его истинных чувств.

— Удивительно? Похоже, ты совсем меня не помнишь. Не думаю, что я даже свои чувства до конца понимала.

«Возможно, как и сейчас…»– добавила я про себя.

— Точно, – усмехнулась Флёр, и тонкий белый шрам на её скуле стал отчётливее. – Похоже, я уже совсем ничего не помню. Я и сама не могу вспомнить, какой тогда была. Ладно… Зачем тебе связываться с Фредериком? Вряд ли потому, что соскучилась и передумала? И готова всё же стать его любимой младшей сестрой? – саркастично рассмеялась дэва.

Я взглянула на неё с укором. Для меня это вовсе не выглядело поводом для смеха.

— Теневой Люций направляется в обитель Сорель с намерением всех перебить.

Судя по выражению лица Флёр, это было не то, что она ожидала услышать. Дэва открыла рот, потом закрыла и повторила это несколько раз, прежде чем смогла вымолвить:

— Та-ак. Хорошо. Ты в этом уверена?

— Практически полностью.

Мне показалось, что Теневой Люций в какой-то степени делал то, что Моран в юности, – привлекал моё внимание. Вот только выбранные им методы определённо ужасали.

— Мои племянники, их мать и десятки других даэвов, которые могут быть невиновны и лишь следуют приказам… Мы не можем сейчас остановить этого монстра, но предупредить – в наших силах. Об этом я и прошу.

Взгляд Флёр был тяжёлым, будто она колебалась. Но вдруг, откинувшись на спинку кресла, дэва сказала:

— Кто бы мог подумать… Люций остановился перед разрушением ордена, но появилась его тень, которая и не думает делать ничего подобного. Что это, если не злой рок? За содеянное всё равно придётся ответить. Жаль только, что порой именно невинным приходится платить за чужие грехи.

— Так у тебя есть способ связаться?

— Да, – сглотнув, отозвалась Флёр. – Напиши письмо своей рукой. Мне уже никто не поверит. Бумага в шкафу у стены.

Я поступила, как она сказала, – вытащила лист бумаги, достала письменные принадлежности. У меня не нашлось слов, которые я могла бы сказать лично Фредерику. Я даже не думала, что в ближайшее время напишу ему что-либо, но спасение жизней внесло свои коррективы.

— Теневой Люций на самом деле так могущественен? – задумчиво и недоверчиво спросила Флёр, пока на бумаге рождалась первая строка.

— Да, – скупо отозвалась я. Но, чуть подумав, добавила: – Огромная сила вкупе с умом, изобретательностью, мстительностью и крайней жестокостью. Ты говорила, что с сильными мира сего надо либо не соприкасаться, либо дружить… Так вот с ним ничего из этого невозможно. Только борьба или смерть.