Книга Вечные Пески. Том 6, страница 57 – Лео Сухов

В этот момент осмия впереди тоже встретила себе противника. У них всё закончилось даже быстрее. Он и без того вышел потрёпанный, так ещё и насадился сразу на три копья. Обычно, правда, слуг Дега подобный расклад не останавливал. Точно помню, как ночью они и в такой ситуации трепыхались, пытаясь добраться до людей.

А тут слуга Дега покорно повис на копьях. Вслед за чем был придавлен к земле и лишён головы. Причём я с его стороны особого сопротивления не заметил. И падение, видимо, было уже ни при чём. Похоже, без тумана уродцы быстро слабели. А заодно становились не такими шустрыми, бодрыми и живучими.

И да, судя по взгляду мутных глаз, убитый мною слуга Дега испытывал боль. К слову, сразу покидать место нашей с ним битвы я не стал. Вместо этого, проследив взглядом, откуда он вышел, я обнаружил третьего врага. Оказывается, тот уже давно меня увидел. Просто добраться никак не мог. Ему не повезло спиной приземлиться на конёк крыши. В итоге, слуга Дега слабо дёргал руками и ногами, планомерно сползая по скату. Переломанный позвоночник не давал ему шансов встать на ноги. И, судя по всему, заживать ранение в ближайшее время не планировало.

Мне оставалось поспешить к заброшенному дому. Бедолага как раз успел доползти до края и свалиться вниз. А я парой ударов топора снёс ему голову.

Впереди, среди других дворов и домов, то и дело вспыхивали, а вскоре затихали звуки боя. И как я подозревал, везде победителями выходили мои люди. Я сразу далеко от двух тел уходить не стал, чтобы не потерять. Дождался, когда мимо прошла осмия, тащившая труп своего врага, и перевалил на них задачу по транспортировке.

Самому, что ли, таскать? Воевода я, в конце концов, или нет?

Оставшихся слуг Дега добили довольно быстро. Те, кого застали в состоянии оглушения после падения, были слабы и дезориентированы, почти не сопротивлялись. Впрочем, и остальные, как я сам заметил, плохо себя чувствовали вне тумана. Так что достойного сопротивления оказать не смогли. И это было полезным опытом. Если ночью придётся драться — мы знали, как ослабить врага.

Теперь-то я понимал, почему они так разбегались, едва Алана отбросила туман. Плохие из них воины на чистом воздухе. Кожа сохнет сразу, заживает всё хуже, раны вызывают боль. Да и другие всякие болячки, небось, обостряются. Срамота одна, а не страшные и непобедимые слуги могучего шептуна.

— Всех зарубили, Ишер! — бодро отрапортовал Гвел, найдя меня.

— Отлично. Трупы тащите в общую кучу к другим трупам. Спалим их перед уходом, — озвучил я очевидный приказ. — И пошли одну триосмию найти, где стрела упала. Отметим это место, чтобы завтра не вляпаться. Скажи им, пусть глубоко в туман не лезут, только границы нащупают. Мало ли. Может, теперь слуги Дега будут прибегать сразу, как туман встаёт. Не надо больше сегодня рисковать.

Гвел кивнул и бросился раздавать приказы. Вскоре одна из триосмий выдвинулась прочь от Серебряного Ключа по одной из дорог предместья. На всякий случай я последовал вместе с бойцами. Поиски заняли пару чаш. Общее направление, куда полетела стрела, у нас было. Оставалось обнаружить место приземления. Что довольно быстро удалось.

А едва один из бойцов приблизился к стреле, как вокруг него заклубился туман. К счастью, помня мой приказ, человек среагировал мгновенно. Заметил первые же языки, развернулся и побежал обратно, не дожидаясь, пока туман сомкнётся. Белая пелена, будто желая дотянуться, качнулась ему вслед — и опала вниз. А нам осталось прощупать другие его границы и установить предупреждающие знаки.