Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 165 – Матвей Дубравин

— Хватит! – крикнул посланник Алена.

От этих слов Маркус слегка вздрогнул, но тут же взял себя в руки и внимательно посмотрел на мастера стрельбы.

— Что же вы стоите? Вам дано задание. Не раздражайте меня! Я вам не нянька.

Маркус спокойно ответил:

— Если у вас есть задание, то дайте его. А мишени уже получили свою порцию пуль.

— Что? – Мастер не принял слова всерьёз. – Я же смотрел на вас всё это время. Только отвлёкся, чтобы дать приказ включить свет. Буквально на секунду.

— На четыре секунды, – поправил его Маркус. – Этого вполне достаточно.

Мастер стрельбы взглянул на мишени. Только прищурясь, он видел их контуры. Сам он едва попал бы в них и был против такого трудного испытания, но правила тут диктовал не он, а Ален.

— Не вижу я отсюда пуль, – посетовал мастер и пошёл ближе к мишеням.

— Простите! – жалостно крикнул ему в спину Маркус. – Я всё испортил. Вы же говорили мне стрелять при свете для лучшего результата, а я ухудшил его! Просто пока свет включали, я уже сконцентрировался и не смог ждать! Прошу, простите!

Мастер не остановился. Он продолжал идти вперёд, ещё не различая пуль на мишенях.

— Вот дурак! – выругался мастер, не сбавляя шаг. – Говорили же вам ждать! Теперь всё заново начинать надо!

Тем не менее он подошёл к мишеням и рассмотрел их побитую жизнью поверхность. Десять концентрических окружностей делили мишени на десять зон: от одного очка до десяти. Десятая была лишь мелкой точкой в центре. И каждая точка была пронзена пулей ровно посередине. Результат был потрясающий. При всём желании нельзя было выстрелить лучше, потому что самого понятия «лучше» уже не существовало, чтобы превзойти такой результат.

— А что не так-то? – недоумённо спросил мастер, ощупывая пули. – Выстрелы же идеальны.

— Не в выстрелах дело, – донёсся ответ. – Я ослушался вас – вот в чём беда. За такое не прощают!

— Я вас простил, – сухо сказал мастер. – Хватит ныть мне над ухом.

Он прощал кого-либо впервые в жизни. Хотя он и был жесток, потому что никто ещё не находил лазейку к его доброте, но сейчас он мысленно преклонился перед гением Маркуса, который превзошёл его собственный талант в разы. Шестьдесят из шестидесяти! «А всё-таки люди из Ордена – молодцы! – одобрительно подумал он. – А я их не любил!» Впрочем, он не любил вообще никого.

Настала пора второй части испытания. Она должна была быть максимально внезапна – так повелел Ален.

— Часть вторая! – громко крикнул мастер. – Я называю её «Защитись или умри!».

Тотчас из-за входной двери выскочили десять человек. Опять же, драться против десятерых в узком пространстве было слишком сложно – мастер не одобрил такое испытание, но его мнения никто не спрашивал. Разумеется, убивать Маркуса никто не собирался, это был лишь обман с целью заставить его понервничать. Впрочем, если бы Маркус убил кого-то из нападавших, его бы не наказали – это ещё один эгоистичный приказ Алена.

Мастер обернулся от мишеней, чтобы взглянуть на ход боя, и направился от мишеней к месту схватки. Трое соперников уже тихо лежали на полу, а другие семеро продолжали бой, но двигались они как-то вяло. «Позор, – подумал мастер. – Это мои люди, а двигаются так, будто их учил не я, а старая хромая улитка!»

Маркус двигался всё быстрее и быстрее, а бойцы вокруг него всё медленнее, и в конце концов Маркус словно оказался в нескольких местах сразу, так быстро он перемещался, и ударил каждому в грудь. Все упали на пол. Маркус остановился посреди кучи нападавших, которые были либо в обмороке, либо в объятиях Закона, и задорно посмотрел на мастера. Видимо, он начал входить во вкус. Отборные воины, мышцы которых топорщились под кожаной одеждой, неподвижно лежали вокруг Маркуса, а тот лишь молча стоял и смотрел мастеру в глаза.