Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 128 – Матвей Дубравин

Но Илдани не пошёл в Зал. Он остался стоять у двери, чтобы подслушать разговор. Говорили очень тихо, но Илдани всё слышал, потому что привык к тихим речам, ведь на службах все говорят довольно тихо, чтобы не потревожить благоговейный дух встречи.

— Seeguélia, Érmo, – вопросил Ален, – vmeotáol zemeónatoáfok uéi zemeónatoavílui?^[15] – Затем послышался шорох от поворота Пластины вокруг стержня. – Ага! – сказал Ален. – А я что говорил!

— Вы неправильно ставите вопрос, – заметил Тальми. – Мир меняется постоянно. Ответ только и мог быть что утвердительным.

— Пожалуй, вы правы, – подумав, согласился Ален. – Тогда скажи, Закон, мир изменится в отрицательную сторону в ближайшие сроки? – Видимо, вице-король так нервничал, что решил говорить не на древнем языке, а на современном. Послышался звук вращения Пластины.

— Я так и говорил, – усмехнувшись, сказал Тальми, когда звук прекратился.

— Скажи, Закон, – не унимался вице-король, – стоит ли мне посылать разведчика в странное селение. Закон, Ты знаешь, о каком селении речь. – Вращение Пластины. Спустя пару секунд звук затих. – То есть как это нет? У Пластины, видно, расшатался стержень! Скажи, Закон…

— Довольно! – остановил его Тальми.

— Довольно будет, когда я скажу! – огрызнулся Ален. – Скажи, Закон, я получу ответ на свои вопросы, если пошлю людей в селение? – Звук вращения Пластины. – Вот видишь, Тальми, я их получу! Скажи, Закон, имею ли я право их послать? – Вращение. – Имею!

— Вы уже заставляете Пластину отвечать на совсем другие вопросы. Они не имеют отношения к делу.

— Молчи! Скажи, Закон, мои агенты узнают правду, если пойдут. Ну-ка… Ребро! Ладно, тогда иначе: могут ли они узнать правду? Могут. Итак, Тальми, они могут узнать правду. И ещё вопрос: скажи, Закон, агент из Ордена сможет узнать правду при правильном поведении? Ага, сможет! Тальми, я верю, что рыцарь Ордена будет вести себя правильно и всё узнает. От него я узнаю всю правду. Вы знаете, я не лгу служителям, а уже тем более Первослужителю.

— Знаю, – согласился Тальми.

— Тогда благословите это предприятие. Этим вы даруете мне покой, ведь я узнаю правду.

— Только ради вашего покоя, – вздохнул Тальми, – для вашего душевного спокойствия я благословлю это дело! – И он начал читать молитву.

Илдани понял, что разговор окончен, и пошёл в Зал Явлений. Из этого разговора он мало что почерпнул. Скорее всего, вице-король всё придумал. Но люди из Ордена что-то чувствуют, а это не пустой звук. Тальми прав: делать выводы пока преждевременно, но ведь и он сам, Илдани, тоже что-то ощущает. Значит, эти ощущения не лишены основания. Грядут перемены! Одержимый идеями вице-король, конечно, не добьётся ничего, не приблизится к разгадке, используя свои методы. Но Илдани выбрал другую тактику: ожидать и созерцать. Ясно одно: идут некие изменения. Неотвратимо идут…

Брать вещи с собой было нельзя: на такое предприятие не ходят с чемоданами. Ахель понимал, что может рассчитывать только на маленькую наплечную сумку. Уж её-то следует набить до отвала. Только вот все нужные вещи находятся в его избе, а идти туда – рискованно.

Впрочем, Ахель словно бы проник во всё, что происходило вокруг него, и будто видел ситуацию всепроникающим взглядом. Теперь не было никакого страха: только логика. И логика подсказывала, что в избе могло никого и не быть. А ведь Наблюдатель предупреждал, что за такими, как он, всегда приходят. Видимо, этот Наблюдатель был им не особенно-то и нужен, раз погоня не состоялась.