Книга Небесный всадник. 4 том, страница 10 – Кирико Кири

Если кратко — они оплакивали смерть своей воительницы. Оплакивали, сожалея о её жестокой судьбе, и в то же время благодарили судьбу за то, что она наконец обретёт покой, вернувшись домой.

Я очень скупо описал всё, однако их пение действительно звучало очень грустно. Каким-то образом что мелодия, что голоса буквально проникали в душу, хочешь ты этого или нет, вызывая скорбь. Магия? Что-то типа массового гипноза? Хрен знает, но мне стало интересно, а нашу небесную всадницу они точно так же похоронят или просто прикопают где-нибудь рядом? Не дуры, должны же были понять, что обе сражались бок о бок.

Но если кому-то могло показаться, что про меня забыли — нет, не забыли.

Что касается моей скромной персоны, то про меня вспомнили лишь под утро, когда первые лучи солнца начали проглядывать через просветы крон монструозных деревьев. Утруждать стуком они себя не стали, да и пришла ко мне одна-единственная глава эльфов. Честно сказать, настолько неожиданно появилась, что я даже вздрогнул.

В тот момент я смотрел в окно, разглядывая город и прикидывая высоту крон, которая, по моим прикидкам, была метров триста-четыреста. Не знаю, что меня заставило обернуться, может, почувствовал что-то, даже сам не поняв, или просто обернулся, но…

Эльфийка, стоявшая в белоснежном одеянии, просто бесшумно появившаяся посреди комнаты — это немного то ещё зрелище.

— Эм… здрасте… — пробормотал я, глядя на неё.

Сразу видно, что самая главная, её авторитет среди местных на груди был написан, да и уши, казалось, были самые длинные. В отличие от агадарок, они росли не в разные стороны, а вверх.

— Я могу узнать твоё имя? — спросила эльфийка без лишних предисловий.

— Георги Бингштейн, — тут же ответил я.

Это же имя знала и агадарка, так что, если у нас будет перекрёстный допрос, я очень хотел надеяться, что она не вякнет моё настоящее. Даже просто потому, что я ценный актив, и ей будет выгоднее сохранить моё имя в тайне. Как и свою работу, собственно.

— Георги Бингштейн, — повторила эльфийка, словно пробуя на вкус моё имя. — Ты хорошо знаешь наш язык, Георги Бингштейн, я бы даже сказала, в том совершенстве, в котором его знают носители, будто ты родился среди нас. Но также ты знаешь в совершенстве агадарский язык. Откуда у тебя эти знания?

— Не знаю, как-то… выучил, — пожал я плечами. — Можно сказать, что я полиглот или как их правильно там называют…

— Откуда ты?

— Из Нарианской империи.

— А если точнее?

— Марка Де Форез, жил у ворот главного города, — ответил я.

Марку ту самую, которую защищал от сороконожки в прошлом, я взял неспроста. Именно она стояла на стыке трёх империй, торговый город, через который проходили товары обеих империй. Вполне логичное объяснение моих талантов.

— Кем ты работал? — эльфийка медленно прошла по залу и села на один из стульев напротив меня. Спокойно, уверенно, как хозяйка этого места, хотя ею она и являлась, собственно. Её голос был тих и мелодичен, будто между нами происходила дружеская беседа. Я бы даже сказал, что её голос был ласков, что напрягало.

— Кем придётся.

— И кем придётся?

— Ну… счетоводом работал у торговца, а ещё охранником и наёмником…

— Наёмник и счетовод — довольно необычное совмещение профессий.

— Когда хотел есть, я не чурался любой работы, — как можно искренне ответил я.