Книга Развод. Боль предательства, страница 88 – Алиса Верди

— Я не понимаю, — тихо произношу я. — Если тебе никто не был нужен, зачем же ты продолжал общение с Юлей?

— Я не продолжал. После свадьбы у меня ничего с ней не было, ну, кроме той самой гребаной ночи.

— Ну да, — недоверчиво хмыкаю я.

— Это так. Когда я тебе врал, Ксюш? Максимум — не договаривал. Я стараюсь, по возможности, вообще не врать. Тем более, сейчас мне вообще нет смысла этого делать. Мы же все равно разводимся.

— Она сказала мне другое. Что ты ее любишь, ревнуешь, и что ваши отношения продолжаются полтора года, и ты сбегаешь к ней от опостылевшей жены… — сглатываю ком в горле.

— Ух ты!.. — качает он головой. — Насчет того, что я ее люблю — я даже комментировать не буду. Это такой бред, что даже смешно. Насчет ревности — я никогда ее не ревновал. Вообще никогда никого не ревновал, кроме тебя. Насчет того, что я к ней сбегаю, тем более от опостылевшей жены — чистой воды ее фантазия. Я ни к кому не сбегал, и никогда с ней не обсуждал ни тебя, ни наши отношения. Не веришь?

Он лезет в карман пиджака и достает телефон. Снимает блокировку, ищет в адресной книжке номер. Она у него записана просто как «Юля-пом». Помощница, видимо. Помощь по всем фронтам.

Я слышу гудки, так как Кир включил громкую связь.

— Алло, — слышу ее голосок.

В нем слышится затаенная надежда и осторожная радость.

— Юля, подскажи-ка мне одну вещь, а то я запамятовал. Не считая той ночи в отеле, когда у нас с тобой в последний раз был какой-либо интимный контакт? — спокойно спрашивает он.

— Эмм… ну я так не помню… — мнется она.

— А ты вспомни. А то у нас тут информация разнится. И скажи мне, пожалуйста, правду. Правду, Юль, — его тон ровный, но я слышу в нем нотки затаенной злости.

— Ты имеешь в виду полноценный?.. Или эмм… работа ртом тоже считается?

— Все считается.

— Тогда в день твоей свадьбы, — тихо шепчет она.

— Громче! — приказывает он ледяным тоном.

— В день твоей свадьбы! — повторяет она, и я слышу по голосу как она нервничает, и чуть ли не заплакать готова. Она его боится, что ли?

— Отлично. И что я тебе сказал, когда вернулся со свадебного путешествия и вышел в первый день на работу?

— Что у нас не будет больше никаких отношений.

— Да ты что? А у нас разве раньше с тобой были отношения?

— Ну…

— Что я сказал конкретно, Юля?

— Что у нас не будет больше никакого секса.

— И?..

— И что если с моей стороны будут попытки выйти за рамки чисто рабочих отношений, то ты меня уволишь. Если ты снова про те фото, то я же извинилась! Я думала, что после той ночи запрет больше не действует и снова можно! Тогда в отеле ты ведь был не против…

Какие еще фото? Боги…

— Зачем же ты наговорила моей жене всякой ерунды? Что у нас с тобой отношения, любовь-морковь и все такое?

— Да потому, что думала, что так она с тобой разведется, и ты женишься на мне! У нас ведь будет ребеночек…

— Последний вопрос — ты все еще работаешь у меня?

— Нет.

Кирилл сбрасывает звонок, не прощаясь.

— Это меня не оправдывает, Ксюш, но теперь ты хотя бы знаешь, что я не вру.

Легче ли мне от этого?

Задумываюсь. Пожалуй, да. По крайней мере тот факт, что он не спал все это время с нами обеими, уже немного облегчает мою боль.

Да, он не любил меня, но ему хотя бы было хорошо со мной в постели, и он не искал никого на стороне. Ну, до той самой ночи.